Реакция человека, находящегося в слиянии с тихоходом, усиливается многократно. Герман всё ещё не мог проследить за движением снаряда, хотя, например, обычная пуля уже не показалась бы ему быстрой. Однако в самый момент выстрела парень остро пожалел, что не может зажмуриться. Он почувствовал, что сейчас будет. И не ошибся.

Удар оказался действительно очень силён. Вот только защита корабля оказалась сильнее. Вспышка защитного поля в месте удара была настолько сильной, что даже ликса на секунду ослепило. Взрыв оказался очень ярким. Неожиданно ярким даже для ликса. Снаряд должен был пробить чужой планетоид насквозь, вся энергия взрыва от столкновения должна была уйти внутрь объекта. Однако планетоид и сейчас остался цел, а там, где урановая болванка встретилась с плёнкой, защищающей поверхность, расцвёл цветок термоядерного взрыва.

Несмотря на то, что противник остался цел, эта атака ему совсем не понравилась. Кусто опять растерялся — не привык он ещё действовать самостоятельно в космическом бою. Герман, ведомый остро возопившим чувством опасности, резко рванул вбок. Прежде он не пробовал самостоятельно управлять Кусто, да и это считалось невозможным, однако сейчас получилось. Тихоход резко прянул в сторону. Он вдруг почувствовал что-то очень неприятное. Как будто внутри огромного тела Кусто вот-вот откроется рана. Даже не в самом теле, а в пространстве, в котором находится тихоход. Очень странное и необычное ощущение — Герман откуда-то знал, что такого прежде с Кусто не случалось.

Он почти успел уклониться. Огромное тело тихохода сместилось в сторону с дикой скоростью, унося себя с того места, где должно произойти… что-то. Почти. В какой-то момент Лежнев понял, что вот это вот неизбежное, но очень страшное, всё-таки произойдёт в тихоходе, пусть и на самом краю. Приготовился к настоящей боли и… ничего не произошло. Как будто нечто, что неизбежно должно было случиться, так и не случилось. Зато случилось что-то иное. Планетоид, который Кусто так отчаянно пытался расковырять, вдруг содрогнулся, а на поверхности расцвёл взрыв. Не раздумывая рванул туда, в место разрыва, и больно врезался в защитное поле. А потом от планетоида к нему протянулась яркая электрическая дуга.

Тихоходы довольно неплохо защищены. Единственная слабость — это электричество. Конечно, обычная молния Кусто не убьёт, хотя ему и будет крайне неприятно, но заряд, которым его ударило, был намного, намного сильнее, чем просто молния. Герман почувствовал, что всё его тело на секунду сковало шоком. Нервная система, разносящая команды по огромному телу тихохода, оказалась парализована, Кусто ослеп и потерял ориентацию в пространстве, в последний момент перед тем, как циклопическая молния коснулась его кожи, он успел ускориться рвануть в сторону, противоположную планетоиду. Импульс был мощный, но совсем короткий, потому что удар молнии на время нарушил связи между частями нервной системы.