— Насчёт здравого смысла я не уверен, а вот интуиции точно не существует. Это же антинаучно, — упрямо продолжал диалог сомневающийся.

— Тогда просто возьмите за правило — если один из проходов на обозримом пространстве ведёт не в сторону обозначенной у вас на карте искомой точки, значит, этот коридор вы пропускаете. Хорошо?

— Хорошо, — ответ был не слишком уверенный.

— Да что с вами такое, ребят? — удивился Герман. — Вы же не первый день замужем! Ой, то есть, простите, я хотел сказать, что вы в десанте не первый день. Тренировались, в том числе, и вражеские корабли брать штурмом! Это — такой же корабль, только побольше!

— Герман, они тренировались штурмовать конкретные типы кораблей технофанатиков. Каждый из десантников наизусть помнит схемы почти всех космических кораблей технофанатиков. Штурмовать неизвестные корабли они не учились.

— Я тоже не учился, но ведь как-то штурмую, — не понял Лежнев.

— Просто прими как факт — им сейчас очень трудно. Они не привыкли принимать решения самостоятельно.

— Ребята, вам нужно привыкнуть принимать решения самостоятельно, — тут же дополнил Герман на общем канале. — У нас сейчас не привычная вам война, другая. Здесь нельзя действовать по шаблону. Это нормально, если вы будете делать какие-то ошибки. Главное, стараться их исправить, — и пожаловался на личном канале с Тианой:

— У меня ощущение, что я детский сад на экскурсию веду!

Смириться с инфантильностью матёрых, казалось бы, солдат, было сложно. Особенно учитывая, что ответвления встречались ещё несколько раз, и все они казались Герману неподходящими. И каждый раз приходилось отвечать на чей-нибудь недоумённый вопрос, почему группа не разделяется, чтобы проверить это очередное ответвление.

— Да потому, что нас всего триста, а тут этих проходов тысячи! Вы ж не думаете, что мы сможем проверить их все⁈ — возмущался Лежнев.

— Но всё-таки, Герман, я согласен с ребятами, — ответил один из командиров. Голос, к слову, показался Лежневу знакомым, парень сосредоточил взгляд на иконке говорившего и с удивлением узнал Дина. — Как мы можем быть уверены, что выбор — правильный?

— Никак! Никак не можем быть уверены! Для того, чтобы воевать уверенно, нас слишком мало! — Лежнев подумал немного, и на личном канале уточнил:

— Слушай, а как ты в десанте-то оказался? Ты ж помощником у Ирса вроде щас работаешь!

— Потому что помощник из меня не очень хороший, а вот десантник — неплохой, — пробурчал в ответ Дин, — По крайней мере, я до последнего времени так считал. А теперь вот сомневаюсь.

— Дружище, ты пойми, и ребятам своим объясни, — Герман обратил внимание, что Дин — один из командиров среднего звена. То есть ему подчиняется пять отрядов десантников по пять человек. Офицерскую должность, получается, занимает. Отряд Дина входит в красную группу — это те, кому предстоит искать и портить двигательный отсек, — Нет правильного выбора. Есть выбор, который ведёт к нужному результату, и выбор, который к нему не ведёт. И узнать, что ты выбрал, нельзя, пока не убедишься лично. Так что хватит страдать ерундой, вы как будто не на штурм идёте, а на экскурсию. Между прочим, эта наша операция войдёт в историю! Первая десантная операция киннаров против моллюсков. Нам тут всем приходится учиться на ходу. Просто старайся подключать логику — кальмары ведь разумные существа, пусть и непохожие на нас. Они тоже стараются делать удобно, понимаешь?