— Обновили информацию о нас, — хмыкнул Мизра. — Предлагают любому, кто скажет о нашем местонахождении, сто тысяч. Также предлагают полмиллиона, если мы сами выйдем на связь.

— Не стоят риска эти полмиллиона, — высказал я своё мнение.

— Игнорируем. Мы не преступники, а свободные граждане, причём даже другого государства. Против нас они не выдвинули никаких обвинений, — сказала Грея. — Что они хотят, не понятно, но мне не понравилось то, что в нас подозревают членов ордена. Где мы могли выдать себя?

— Не знаю. Мы ведь нигде кроме как на борту нашего корабля не упоминали об ордене хранителей, — произнёс я, задумавшись.

— Кажется, я знаю, — проговорила внезапно Грея. — У тебя есть запись результатов моей диагностики?

— Думаешь, Зола нас сдала? — сказал я, выводя данные диагностики.

— Алекс, посмотри информацию о генетических модификациях ордена, которые известны широкой общественности, и сравни с моей.

— А ведь точно. Тут есть несколько ключевых моментов. Получается нас сдала сестра Орина. Эти нюансы можно увидеть только во время глубокой клеточной диагностики, и её проходила лишь Грея во время своего лечения. Хорошо, что они повторить не могут эти модификации.

— Мда. Надеюсь, они решат, что я результат чьего-то эксперимента. Ну, попали результаты исследований ордена кому-то не в те руки, и тот решил поэкспериментировать.

— Я бы на такое не надеялся. Но можно сильно не переживать. Ты не подставила орден. Помнишь, я рассказывал о предателе Уриэле, которого встретил во время своего первого боя?

— Помню.

— Он точно узнал Лори, а значит, те, кому надо, знают, что орден не до конца уничтожен.

— Но всё равно нам надо обязательно сообщить об этом Лори, — произнесла Грея. — Ладно, у нас последние дни были весьма напряжёнными, а потому предлагаю всем расходиться спать.

— Ты права, капитан, — согласился Хэнк и с завистью посмотрел на меня, как и Ренди.

— А тебя, Алекс, я попрошу пройти со мной и рассказать о плане модернизации моего запасного скафандра у меня в каюте, — сказала Грея. Намёк бы не понял только полный дурак. К счастью, я таковым не являлся, а потому подхватил на руки Грею и, несмотря на её наигранное возмущение, понёс в каюту.

Лишь через восемь часов мы покинули каюту Греи после того, как хорошенько выспались и были полными сил. К этому моменту мы уже два часа как летели в гиперпространстве, и можно было не волноваться о преследователях. Ведь даже если они будут, то в системе выхода будет нейтральная система и ради нас никто не захочет нарушать тот нейтралитет.

Лететь нам, правда, было ещё двое суток до «Врат наслаждений». Мне, кстати, намекнули, что не стоит посещать заведения, которыми славится эта станция, а то я могу чего-то лишиться, и мнё это придётся отращивать в медицинской капсуле. Такой тонкий намёк о том, что мне запрещено посещать проституток, не понять было сложно. Но, честно говоря, после того, как я начал вести регулярную половую жизнь, мне и не хотелось никуда на сторону идти.