Виктор Намир убеждал себя, что спас остроухую жрицу из чистого эгоизма — чтобы заглушить собственные демоны. Но Ки́мита не приняла благодарности: по законам её народа, трижды спасённый обязан отдать жизнь спасителю. Ритуал клятвы, которую Виктор принял под дулом револьвера, обжёг ей спину незнакомым знаком на мёртвом языке — и связал их крепче любых оков.

Теперь бывшая жрица, лишённая руки и веры, следует за ним в Рома́гис — город чародеев, выстроенный на костях её предков. Виктор же везёт в себе тяжелее оружия: сны, где он чужими глазами заглядывает в раскрытую глотку жертве, и понимание, что кто-то из его прошлого уже превратился в то, что должно убивать. В городе, где синий свет фонарей отгоняет тенни́ши, а платформы несутся над улицами бывшей столицы кхану́, двое изгоев пытаются выучить магию — и не заметить, как кровавая связь между ними затягивается всё туже.