Мирослава возвращается в Москву по приказу отца — и попадает в ловушку, которую он приготовил, не спросив. Савелий Воронецкий мёртв, его империю разбирают акул, а единственный способ удержать контрольный пакет — брак с Демидом Коршуновым, человеком, который привык подчинять всё вокруг. Демид не уговаривает: он объясняет, что у неё нет времени на бунт, и смотрит так, будто уже знает конец партии. Мирослава подписывает документы в сером костюме вместо платья, назначает свои условия, обещает, что кольцо не даст ему права на неё саму.

Но фикция трещит с первой ночи: он ревнует к чужим звонкам, она ловит себя на том, что ждёт, когда он перейдёт черту. Демид отступает в последний момент, оставляя её с ощущением выбора там, где выбора уже нет. А враги отца не дремлют — они ищут слабое место в защитном контуре, и находят его не в бумагах, а в том, как эти двое смотрят друг на друга.