Рейна решила, что розовая кровь в её фильме — отличная идея, и теперь лежит на кафельном полу в квартире однокурсника, пока партнёр по кадру режет ей горло бутафорским ножом. Тринадцать часов съёмок, аллергия на глиттер в реквизите, спина, готовая сломаться от оборудования — и всё ради семиминутного проекта, который она собирается сдать профессору, ненавидящему её работу. Когда она наконец произносит заветное «снято», в комнате раздаётся коллективный вздох облегчения, а она уже думает о том, как вырезать на монтаже все дубли, где её напарник выглядит придурком.

Она привыкла быть странной — девчонкой с мёртвыми родителями, переведённой через всю страну в элитный университет, чтобы снимать фильмы ужасов и искать правду об отце, который держал семью на расстоянии вытянутой руки. Рейна видит искусство там, где другие видят только криминалистические снимки: расставленные руки, символичная одежда, отсылки к великим полотнам. Она убеждена, что по Нью-Йорку ходит серийный убийца, которого полиция упорно игнорирует, и тратит ночи на то, чтобы воссоздавать его сцены для учебных проектов. Её мама учила её не ждать одобрения, а брать его самой — жечь всё на пути. Но мама умерла, оставив лишь загадочное «Найди Шепарда», и теперь Рейна топчется в чужом городе, где единственный, кто понимает её одержимость, — это полицейский, который приносит ей фотографии и миндаль в шоколаде, несмотря на её аллергию....