Харука сидит в закусочной с коллегами и бойфрендом, пьёт бурбон и рассказывает о планариях — плоских червях, которых сколько ни режь, они не умирают, а превращаются в новых особей. Она громко объясняет, что хочет стать планарией в следующей жизни: отрежут грудь — она вырастет заново, не надо будет думать о пластике. Бойфренд встаёт и уводит её, а в машине просит больше не говорить о болезни при людях. Она молчит, хотя думает: значит, её рак — ерунда.

Харука двадцати восьми лет, у неё за спиной операция по удалению груди, пластика со спины, ежемесячные уколы и гормонотерапия, которая длится втрое дольше положенного. Она не работает, живёт на пособие и встречается с Хёскэ, студентом помладше, который не сбежал, когда узнал диагноз. Она доставляет неудобства тем, что не может притвориться здоровой: упоминает рак в разговоре, не краснеет, не извиняется. Её тело — шрамы, отсутствующий сосок, побочные эффекты — и она не знает, любит ли её Хёскэ или просто не бросает, потому что воспитан....