Кира стоит у парапета над чёрным прудом, в руке — бокал шампанского, который она уже не помнит, когда взяла. За спиной — тот самый голос, от которого вчера она бежала по коридору, таща за собой ошалевшую подругу. Данилов останавливается в полуметре, рукав его рубашки касается её плеча, и она чувствует запах табака, парфюма и всего того, что раздражает её больше всего на свете. Он склоняет голову, чёлка касается её лба, и произносит фразу, от которой она забывает, как дышать.

Она ненавидит его с девятнадцати лет, с того дня, когда он не узнал её номер в телефоне. Год она проклинала его издалека, вырезала фотографии на конфетти, подарила подруге футболку с его номером. А он вернулся из Штатов с куклой в подарок и девицей на плече, которая оказалась не просто его подружкой, а чем-то гораздо более запутанным. Кира умеет быть острой, умеет отвечать на провокации, умеет подмигивать брату сквозь гневные взгляды. Но когда Данилов смотрит на неё сощуренным взглядом сквозь дым, она чувствует, как пятна на щеках горят ярче розовых шаров на её дне рождения, и ненависть в груди смешивается с чем-то другим, от чего хочется спрятаться или ударить....