Майя ударила не того. Вместо бросившего подругу Егора она влепила коленом в пах его дяде — холодному двухметровому Мирону, который на следующий день стал её новым начальником. Теперь девятнадцатилетней студентке, совмещающей учёбу и работу официантки, приходится прятаться от взгляда голубых глаз за барной стойкой, выдерживать его сарказм в кабинете и нянчить его сына Тима, которого босс периодически сбрасывает ей в кенгуру и исчезает к шести вечера.

Майя уверена: любая близость с этим мужчиной чревата новым ударом — уже по карьере и по сердцу. Но чем чаще она ловит его редкую улыбку за кормлением малыша, тем больше понимает: месть уступает место опасному перемирию, а ненависть — странному желанию снова оказаться запертым с ним в одной машине в вечерней пробке.