Начать ритуал изгнания — эти слова прозвучали приговором. Многоликий, некогда сильнейший мимик своего мира, ощутил, как сознание угасает, сожжённое до тла. Он рассчитывал на смерть, а получил куда худшее: пробуждение в чужом теле, в чужом месте, в чужом мире. Сундук напротив. Тоннельное зрение, чужие конечности, не слушавшиеся воли, — и полупрозрачное окно Системы, безжалостно сообщающее статус, от которого у него внутри всё сжалось. Мимик. Первый уровень. Снова.

Подземелье приняло его врагом. Гоблины шипели при встрече, люди кричали и махали оружием, а он — ни рук, ни ног, лишь пасть и крысиные лапки, выращенные из жалких улиток и многоножек. Многоликий научился ждать. Он лежал неподвижно среди настоящих сундуков, пока чужие руки тянулись к крышке. Он крался за спинами зеленокожих коротышек, пока те устраивали засады. Он переключался между формами — мимик, гоблин, снова мимик — высчитывая каждый расход генного материала, каждый риск, связанный с поглощением генома. В его прошлой жизни он зачищал самые опасные подземелья мира. Теперь он охотился на крыс и молился, чтобы очередной искатель приключений не заметил подмены....