Кивнув друг другу, мы с Рубаном направились в кафе.

Забегаловка выглядела изнутри довольно стандартно. Длинная стойка с выставленной на ней свежей выпечкой, накрытой пластиковыми колпаками. Ряды столиков. Клетчатый пол… это место настолько навевало атмосферу старых сериалов 80-х, что я даже удивился отсутствию музыкального аппарата в углу. Впрочем, тут играло что-то более современное — телевизор над стойкой транслировал яркий клип какой-то имперской звезды.

Но мы, разумеется, уселись подальше от стойки, за самый дальний столик. Я шёл, опустив голову и чуть отворачивая её от всех посетителей, как более популярный и знаменитый из нашей парочки; конечно же, заказывать еду к стойке тоже пошёл Рубан.

Впрочем, людей тут было не очень много. За стойкой скучали две официантки — кажется, именно они и смотрели клип; пара пенсионеров пила кофе с десертом, по соседству от них расположились трое подростков с бургерами и картошкой фри, и ещё один столик был занят полным мужчиной, который с бешеной скоростью поедал бифштекс с салатом.

— Вот что, — пока я разглядывал окружающих, Рубан успел сделать заказ и теперь упал напротив меня, откинувшись на спинку. Кажется, он волновался чуть меньше, чем я… или успешно это прятал. — Давай-ка кое-что проясним.

Я молча кивнул, и агент продолжил:

— Если мы сделаем эту херню, которую ты задумал — то что дальше?

Вот уж спросил так спросил. Можно подумать, я знаю.

— Импровизация, как обычно, — пожал я плечами. — На самом деле, не всё так грустно — мой опыт подсказывает, что вывернуться можно даже в самой пи**ецовой ситуации. А с помощью Тины… возможно, у нас даже не такие плохие шансы.

— Вот только мотивационных речей мне здесь не нужно, — спокойно заметил Рубан. Теперь в его голосе не было раздражения, напротив, там даже читалось что-то типа иронии. — Шансы будем оценивать после, а пока я просто хочу знать, куда мы направимся дальше. Не знаешь — так и скажи.

— Не знаю, — так и сказал я.

Рубан неопределённо крякнул и покачал головой.

— Слушай, — так же спокойно спросил я, — а почему ты вообще всё это делаешь, возишься со мной? Наверное, ты ещё мог бы вернуть свою карьеру, если правильно всё сделаешь.

В этот момент к нам зашагала официантка с подносом, и я чуть отвернулся, сделав вид, что разглядываю что-то в окне. Когда та удалилась, Рубан взял свой бургер двумя руками и вцепился в него с таким видом, будто я не задавал никаких вопросов. И только прожевав, он ответил:

— А сам-то как думаешь?

— Я ничего не думаю, — я отпил кофе.

— Подумай сам, Марк, — Рубан откусил снова. — Почему сорокалетний мужик можешь ввязаться в подобную херь? Может, потому, что ему больше ничего не осталось? Семьи нет, работа уже сидит в печёнках, друзья или разбрелись, или… — он сделал короткую паузу, — мертвы.