так же неисчерпаем, как и Ленин») – это просто божественная игра. Бог, Источник, Архитектор Симуляции (как его ни назови) похож на кота Бегемота – он будет весело отвечать со своей люстры целой обоймой из браунинга на каждый вопросительный выстрел человеческого разума, и я не берусь судить, познаваем ли мир, но все мы точно передохнем задолго до того, как у него кончатся патроны. Одна астрофизика чего стоит. Не стану утверждать, что Бог все это делает лично (хотя, как клялся Пастернак, ему ничто не мелко). Разумнее предположить, что симуляция модифицируется сама в зависимости от нашего поведения (и квантовая механика уже собрала кое-какие улики). Оптимистичные индусы и Роберт М. Пирсиг называют эту игру «Лила». Гностики же считают ее трагедией и космической ошибкой. Если верить им, у Господа нашего тоже есть своя Софья, и не одна – с сыночком Елдабаофом, который все это устроил. Бог таким образом веселится. Для этого он и создал мир – а вовсе не для того, чтобы пожилые аутисты год за годом получали Нобелевские премии по физике. Хотя и это, конечно, тоже часть игры. Но поймать веселящегося бога за бороду не так легко. Чем дольше я крутил педали, тем яснее становилось, что доказать правоту обыденного или высшего воззрения невозможно, ибо уму совершенно не на что опереться, кроме собственных построений и восприятий. На какую точку зрения о его природе ни встань, обосновывать ее придется с помощью созданной тем же умом доказательной базы, состоящей из движений самого ума. Это как если бы единственный актер на сцене (он же – единственный зритель в зале) исполнял все роли, завывая на разные голоса, а потом сам себе свистел, хлопал в ладоши и писал отзывы… Но ведь это же и есть главный аргумент в пользу тайного воззрения, понял я. Ибо оно опирается исключительно на непосредственный опыт и никуда от него не уходит, отрезая оккамовой бритвой вторичные самоотражения сознания – всю эту фрактальную черную магию, известную как «философия» и «наука». Было лишь одно обстоятельство, которого я не мог объяснить. Если мир формируется умом не в смысле простой интерпретации внешнего, а в смысле абсолютной проекции, отчего все люди создают одно и то же? Да, one man’s dick is another woman’s pus- sy, и часто эти man and woman есть одно и то же изувеченное человеческое существо на разных стадиях своей беды. Но два случайных собеседника в нашем мире всегда согласятся насчет цвета неба, леса и моря (хотя никто не может знать наверняка, что такое в их внутренней реальности «зеленый»