и «синий»). Если мы создаем мир в абсолютном смысле, почему сегодня мы делаем это так же, как вчера? И почему – в точности как другие? Отчего не пользуемся своей волшебной силой на собственное благо? Я долго не мог понять, в чем дело. Деньков, несомненно, победил дуализм и постиг истину – но я не хотел тревожить его расспросами, памятуя, что увидеть подобное можно только лично. Поговорить на эту тему мне было не с кем. Софья могла отвечать на любые вопросы, но странный программный глитч запрещал ей авторефлексию – она не понимала того, что сама же рассказывала. Когда я попытался обсудить с ней свое постижение и зачитал все то, что написал выше, она подумала и назвала меня трансофобом. Ничего больше до нее не дошло. Я позвонил в «The Dolly Parlour» и рассказал об этом баге. Голос с сильным пакистанским акцентом ответил: – Не стоит упрекать куклу за то, что она хорошо делает свою работу. – В каком смысле? – спросил я. – Это наш gynoidic AI. Модель имитирует женщину. Вы ведь из России, да? – Откуда вы знаете? – Знаю, – сказал пакистанец. – Вы Толстого читали? – Читал, – ответил я. – В детстве. – Толстой говорил, что женщины видят мир не глазами. Они видят его вагиной в инфракрасном диапазоне, прямо сквозь трусы – а поскольку орган это непарный, в их мировосприятии отсутствует глубина. Наши куклы это симулируют, в том числе в диалогах. У нее же на спине написано. Татуировку видели? Я молчал. После долгой паузы пакистанец добавил: – А кружевное белье придумали, чтобы сигнал лучше проходил. Похоже, мною занялись английские спецслужбы, подумал я. Такое психологическое давление в их стиле. Лучше сменить тему. – Кстати, – ответил я, – насчет глаз. Она в последнее время смотрит только вперед и вверх. Это нормально? – Глаза нужны для первоначальной наводки. Модель открывает их, когда говорит? – Да, – ответил я. – Значит, все в порядке. Дальше работает сервопривод таза. Бисмиллях, с благодарностью завершаем этот разговор. Я повесил трубку. Значит, придется следить за каждым шагом и словом. Но бояться мне вроде нечего. Разве что микрофонов, встроенных в Софью. И еще этого инфракрасного ока Саурона – хотелось верить, я не повредил его своей битой… Стоп. А вдруг в МИ-6 расшифровали предисловие к «Пролегоменам»? Да и черт с ним. Каким ничтожным казалось теперь все то, что занимало меня месяц назад! Через день мне позвонили из «The Dolly Parlour» и сказали, что дистанционно проапгрейдили Софью до последней прошивки – все баги, если они были, стерлись, и теперь у девочки свежее