Облако, закрывшее солнце, чуть походило на согнувшегося человека. Я заставил себя узнать в нем скорчившуюся Мойру, и вместо арены вокруг немедленно возник коридор нашего веронского дома.
Мойра нависла надо мной. Одной рукой она держала меня за горло, а другую занесла над моим лицом. Я знал, что удар расплющит мою голову. Но за миг до того, как ее ладонь врезалась в мой нос, я сделал невозможное.
Я превратился в пергамент с рассыпанной по нему тинктурой. И как только Мойра коснулась коричневого порошка, ее рука срослась с ним и началась трансмутация.
Она погибла не сразу – мы успели обменяться множеством мыслей. Мы были настолько прозрачны друг для друга, что нам не требовалось открывать для общения рот.
«Ты победил, – сказала Мойра. – Ты убил меня».
«Я защищался, – ответил я. – Кто ты на самом деле, Лоренцо? Ты мужчина или женщина?»
«Ты видел меня в моем настоящем обличье».
«Лоренцо всегда был женщиной?»
«Да».
«Поэтому он… Она не могла зачать Исполнителя из собственного семени? И понадобился я?»
«Ты на редкость догадлив, венецианский жулик. Не прошло и вечности, как ты понял… Но есть еще один участник, и он сильнее меня. Встречи с ним ты не переживешь…»
«Кому должен достаться Исполнитель?»
«Ему. Или тебе».
«Кто мой соперник?»
«Узнаешь, когда он придет за гомункулом».
«Вряд ли он его получит, Мойра. Я нашел лабораторию Эскала. Гомункул отправился на помойку вместе с навозным ведром».
«Не спеши с суждениями, – ответила Мойра. – Гомункул жив. Мы используем его силу даже сейчас. Он следил за поединком – и выбрал победителя сам…»
«Ты хочешь сказать, это не я тебя одолел, а гомункул решил, кого из нас принести в жертву?»
«Именно так. У Исполнителя всегда много родителей. Один становится хозяином, остальные жертвами. Я долго думала, что хозяйкой буду я. Но ошиблась…»
«Ты подделывала надписи в гримуаре, Мойра?»
«Их вписывала я, но это истинный гримуар говорил с тобой через мое посредство.
Именно он обучил тебя магии. Теперь кодекс твой».
«Где он?»
«Найдешь без труда, когда фальшивая книга исчезнет».
«Что будет с тобой? Ты рухнешь в Чистилище?»
«Полагаешь, оно существует?»
«Язнаю , что оно существует, – сказал я. – И путь к спасению лежит через него…»
«Ты собираешься спастись? Или жаждешь высшего могущества?»
«Я… Я не знаю… А вдруг это одно и то же?»
«Интересно, – ответила Мойра. – Это очень интересно. Гримуар твой, Марко. Я увижу, чем все кончится, через твои глаза».
Ветры уже свистели в ее металлических легких.
«Страшись Венеции, – сказала она. – Они пришлют свои черные ладьи и убьют тебя…»
«Я им нужен».