— сказал Гинце, кивая, — первый акт мы сыграли, теперь переходим ко второму. Сейчас этот окрыленный любовью адмирал возьмет тебя к себе на флагман… Густав Адольфович говорил уверенно, с расстановкой, словно зачитывая заранее продуманный план. Ни тени сомнения, ни намека на вопрос — лишь четкие инструкции и ожидание их неукоснительного исполнения. — Я услышала другую информацию, — девушка вопросительно посмотрела на профессора. На ее точеном лице отразилось легкое недоумение, почти по-детски наивное. — Разве мы не летим на «Громобой»? — Ты только что хвасталась, что легко читаешь людей, — рассмеялся старик. В его смехе звучало снисходительное превосходство творца над творением. — Нет, Тиса, Зубов не повезет тебя на «Громобой», он заберет тебя к себе на лейб-линкор «Москва». Более того, сделает все, чтобы диктатор не узнал о тебе… Гинце говорил с непоколебимой уверенностью, подкрепленной глубоким знанием человеческой природы. Для него мотивы и желания контр-адмирала были прозрачны, как стекло — ведь за долгие годы жизни профессор научился безошибочно предсказывать их поступки. — А вы не такие уж и глупые, — весело засмеялась девушка, после слов Гинце, окончательно поняв мотивы и желания контр-адмирала Зубова. — Что ж, мне все равно куда и к кому на корабль лететь… Тиса небрежно пожала плечами, демонстрируя полное безразличие к собственной судьбе. Для нее миссия была превыше всего — выполнение заложенной программы, достижение поставленных целей. Все прочее не имело значения. — Только не забывай о своем задании, Тиса, — напомнил ей, Густав Адольфович. В его голосе прозвучали предостерегающие нотки, словно он чувствовал в девушке способность к неповиновению, бунту против навязанной воли. — Это протокол, господин, — улыбнулась девушка-робот. Ее улыбка была лучезарной, но какой-то неживой, застывшей. — Забыть его не получится, даже если я этого захочу… — Именно того, что ты все-таки сможешь этого захотеть я и боюсь, — тихо сам себя прошептал старик, и уже громко добавил: — Итак, когда Демид Зубов полностью попадет под твои чары, ты должна будешь настроить своего избранника против адмирала Самсонова. У этих двух самых опасных людей итак имеются между собой довольно натянутые отношения, поэтому тебе не составит особого труда сделать из них настоящих врагов. Гинце чеканил слова, словно отдавая боевой приказ. Кстати, вы обратили внимание, что речь нашего героя сейчас была абсолютно лишена немецкого акцента, того, каким он разговаривал со мной и другими еще совсем недавно,