Впереди, подобно острию копья, рвался вперёд их флагман — линкор «Звезда Эгера», ощетинившийся тяжёлыми орудиями словно дикобраз. Это была 12-я «линейная» дивизия, одна из лучших в Северном космофлоте. Несколько суток назад по приказу Дессе она отбыла в «Екатеринославскую», но сейчас неожиданно вернулась, в самый критический момент. «Северяне» не смогли сдержать ликующий рев, видя, как на помощь спешат их товарищи. Подразделение стремительно приблизилось к сектору сражения и бесстрашно накинулось на одну из дивизий Илайи, которая до этого, перегруппировавшись в «клин», уже хотела было наброситься на построение адмирала Дессе с «тыла». Но, как мы понимаем, не успела осуществить задуманное, так как сама стала жертвой внезапно появившейся эскадры. Резервные корабли Джонса, не ожидавшие атаки с этой стороны, смешались. На несколько секунд они потеряли строй, пытаясь определить, откуда взялась новая угроза. Этих секунд хватило линкорам и крейсерам 12-й дивизии, чтобы обрушить на них всю свою чудовищную мощь. Боевые корабли 12-ой «линейной» неожиданно для всех, без особых усилий опрокинули несчастную «резервную» дивизию Илайи Джонса, за какие-то минуты рассеяв её по космосу. Бронированные левиафаны обрушили на зажатую с двух сторон эскадру противника убийственный шквал огня. Нимидийская броня и экраны не спасли корабли Джонса от чудовищных залпов тяжёлых орудий и таранной атаки «северян». Один за другим они вспыхивали, разваливаясь на части от чудовищной силы взрывов и пропарывая пространство шлейфами обломков и раскалённого газа… — Здравствуйте, Павел Петрович, — на экране перед адмиралом Дессе возникло красивое женское лицо. Глаза Доминики Кантор, цвета штормового моря, смотрели с лёгкой усмешкой, а на губах играла едва заметная улыбка. Несмотря на усталость и напряжение боя, вице-адмирал выглядела великолепно. Её иссиня-чёрные волосы были стянуты в аккуратный пучок, а точёные скулы подчёркивали благородство и решительность её облика. — Кажется, я со своими мадьярами подоспела как раз вовремя, — продолжила она, бросив быстрый взгляд на тактическую карту, где схема боя разворачивалась в реальном времени. Алые и зелёные точки кораблей кружили в смертельном танце, то и дело вспыхивая при попаданиях. Павел Петрович не сразу нашёлся с ответом. Он смотрел на Доминику, и в его груди боролись противоречивые чувства — радость от её появления, облегчение, что помощь пришла в самый критический момент. Но вместе с тем и раздражение, даже гнев от её своевольного решения нарушить