но… есть вероятность, что их маршрут пересечется с нашим. — Дессе… — Трубецкой медленно сжал кулаки, его губы искривились в злобной усмешке, обнажив зубы в почти зверином оскале. — Пусть старик празднует свою победу. Это ненадолго. Свои счеты с ним мы тоже сведем, но попозже. — А если он двинется за нами? — спросил Никита, в его голосе мелькнула едва заметная тень тревоги, которую он тут же мастерски скрыл за привычной насмешкой и самоуверенностью. — Что тогда, отец? Будем драться или снова побежим, поджав хвост? — Мы для него не первоочередная цель, — отмахнулся князь, словно отгоняя надоедливое насекомое. — «Северный Лис» слишком сейчас занят погоней за Хромцовой и разборками со своим главным противником Птолемеем. Ему в данную минуту явно не до нас. Но если он все же сунется… — Трубецкой повернулся к тактической карте, где его эскадра уже группировалась для прыжка в подпространство, корабли выстраивались в четкий боевой порядок. — Очень скоро мы будем готовы к любому развитию событий… Никита хмыкнул, скрестив руки на груди, его поза выражала скептицизм: — Ты так уверен в нашей фамильной эскадре, которую командующий Дессе размажет по космосу и даже не заметит, как давят насекомое, — сказал он, его голос сочился сарказмом, каждое слово било точно в цель. Трубецкой резко развернулся, его рука взметнулась, словно он хотел ударить сына, но остановилась в воздухе, замерев в нескольких сантиметрах от его лица. Глаза старого князя метали молнии, но он сдержался — не из страха перед мнением офицеров, но из последних крупиц уважения к единственному наследнику. Рука опустилась, и он тяжело выдохнул, собирая рассыпающееся самообладание. — Ты слишком молод и слишком много болтаешь, — процедил он сквозь зубы, каждое слово падало тяжело, как камень. — Да, наша эскадра мала. Но курочка по зернышку… Мы вырвали атрибуты власти из рук этого предателя Василькова. А теперь мы уйдем из системы, чтобы не мозолить глаза сильным мира сего. Но совсем скоро все изменится, и мы станем на порядок сильнее. Васильков без ресурсов и в полностью контролируемом сканерами пространстве внутренних миров далеко от нас не уйдет. — И как ты его догонишь? — Никита по привычке наклонил голову, его взгляд стал испытующим, словно он смотрел через микроскоп на интересный образец. — У него три быстроходных корабля — «Одинокий», «Черная пантера» и «Императрица Мария». Они уже опередили нас часов на двенадцать, ищи их теперь по всей галактике. А с ними — император, единственный, кто имеет право носить