стороны — умерли быстро и почти не сопротивляясь, некоторые пытались умолять о пощаде, но как вы сами понимаете, это им не помогло… — Мерзавец, ты заплатишь за это! — вице-адмирал Кантор снова бросилась в атаку, только теперь уже вместе со своими мадьярами. Сразу несколько людей из ее группы набросились на Зубова сразу с нескольких сторон, готовые растерзать его. Их плазменные сабли скрежетали о броню «ратника» Демида Александровича. Если бы он был без бронескафандра, то уже лежал бы разрубленный на полсотни кусочков посреди зала в луже крови. Однако «ратник» снова не подвел — каждый такой удар нападающих исподтишка ни к чему не привел. Более того Зубов сразу же ответными ударами уложил теперь уже замертво двух из нападавших, прежде чем Доминика снова налетела на него. — Бесчестный ход, — проревел контр-адмирал, презрительно смерив ее взглядом. — Не более бесчестный, чем убивать невооруженных людей на собственном корабле, когда они этого не ожидают! — парировала Доминика, нанося свои молниеносные удары. Демиду снова пришлось уходить в глухую оборону. Он мог и имел несколько стопроцентных возможностей сделать контрвыпад и вонзить свою плазменную саблю в очаровательную головку этой зеленоглазой ведьмы, благо ее лицо также как и у него не было прикрыто шлемом. Однако адмирал этого не делал принципиально, понимая, что точно после этого не уйдет отсюда живым — старик–командующий не простил бы Зубову гибель своей бывшей возлюбленной. А может молодой человек не хотел убивать Доминику по совсем другой причине… Тем не менее, сейчас, помимо того, как отражать удары вице-адмирала Кантор ему приходилось следить за окружившими его со всех сторон мадьярами. Эти верные псы командующей 12-ой «линейной» дивизией с определенного момента начинали сильно раздражать Зубова… Удар, блок, удар… Его сабля как будто невесомая описывала одну широкую дугу за другой. И после каждого такого резкого взмаха, то один, то второй падали щитоносцы на пол отсека с перерубленными лицами и телами. Как бы ни были хороши бронескафы мадьяр, перед плазменным оружием Демида Александровича, зажатым в бронированной перчатке манипалятора «ратника-550» они оказывались бессильны. — К бою! — прокричал Зубов уже своим офицерам. Те выхватили сабля и ринулись на штурмовиков Доминики, между ними завязалась страшная рубка. В нее без приказа вступали все новые и новые космоморяки. Для находящихся сейчас в аудиенц-зале, люди из экипажа флагмана Зубова, хоть и до последнего времени и считались боевыми товарищами,