но воспринимались сейчас как противники, ибо их командир был ни кто иной, как самый непримиримый и опасный враг. Зубова ненавидели и боялись, поэтому желающих разделаться с адмиралом-чужаком нашлось среди присутствующих явно немало. И вот через несколько секунд рукопашной уже добрых полсотни сабель были устремлены в сторону Демида Александровича и его маленького отряда, который окружил своего командира плотным кольцом. Во главе нападающих была все та же зеленоглазая мадьярская красавица. Доминика Кантор злорадно улыбалась, понимая, что теперь убийце ее штурмовиков не уйти от возмездия… — Скажи правду перед смертью, ты ведь изначально не хотел ловить императора, а вернее своего нового друга отступника-ренегата контр-адмирала Василькова? — прокричала она. — Ты можешь обманывать нашего командующего, до сих пор верящего в честность и благородное слово имперского офицера, но меня ты не проведешь! — Во всем этом меня обескураживает лишь то, как быстро вы забыли человека, которого любили, — удивленно покачал головой в ответ на это, Демид Александрович. — Разве все те чувства, которые были между вами и которые мы все видели, были пустыми⁈ Я не верю в то, что вы вот так просто говорите сейчас о Василькове в пренебрежительном и оскорбительном тоне! Как такое возможно.… Или не было никакой любви? — Он первым предал эту любовь! — закричала Доминика, вся краснея от гнева и от стыда одновременно. — Васильков променял ее на амбиции и карьеру при дворе своего нового царя! Я должна продолжать любить предавшего меня и растоптавшего мои чувства⁈ И вообще, не смей упрекать меня… Кто ты такой — Демид Зубов, чтобы задавать мне эти вопросы⁈ — Я не упрекаю, просто этого не понимаю, — был короткий ответ Демида Александровича. Минута рукопашной свалки и вот уже дюжина верных офицеров Зубова — все кто был рядом, лежат с разрубленными телами у ног своего командира. Космоморяки, кому бы они не служили, когда надо умели умирать достойно… Не меньшее число своих врагов в то же самое время отправил к праотцам и сам контр-адмирал Зубов. Однако возможности защищаться в такой ситуации у него не осталось. Сразу полдюжины сабель и перчаток блокировали его холодное оружие и несколько человек крепко схватили Демида, не давая возможности продолжать сражаться. Доминика резким ударом выбила саблю из его руки и победно усмехнулась, готовая нанести смертельный удар… Доспехи Демида Александровича без мысленного приказа своего владельца среагировали на опасность, и молниеносно на его голове оказался шлем-сфера.