— Вначале хотел прогнать, а потом решил — раз уж так хочет быть палачом, так пусть будет. Сенлюс год назад на покой ушел, в деревню уехал, гусей разводит, а фрейлейн полноправным палачом стала. И справляется лучше мужчины, да вы сами видели. У нее еще год остался, а я гадаю — где такого палача отыщу? Уж не Хензеля же дурачка в палачи ставить.
Да, трудная жизнь у правителей. Все-таки, правильно я когда-то поступил, отказавшись от короны. Теперь бы, сидел и думал, за что хвататься? Здесь заговор, тут война, наследник, вместо того, чтобы родителю помогать, университет затеял, подданные чего-то хотят, а тебе голову ломать — где палача взять?
Глава девятая. Союзы и союзники
— Граф, вы удивительно нелюбопытный человек, — заявил мне герцог, когда мы поднялись в личные покои Его Высочества, а мой сюзерен уселся за стол, заваленный приходо-расходными книгами, бумагами и пергаментными свитками.
— Напротив, я чрезвычайно любопытен, — ответил я, раздумывая — предложит мне герцог сесть, или придется стоять?
— Да? — протянул герцог и поинтересовался. — Кстати, а почему вы до сих пор стоите? Мы с вами уже сиживали вместе, стало быть, вы имеете привилегию сидеть в присутствии своего правителя.
— Благодарю, — поклонился я, уселся на ближайший стул и пояснил. — Я очень любопытный человек, просто научился скрывать любопытство.
— Ценное качество, — с одобрением хмыкнул герцог. — Другой бы на вашем месте сразу спросил, а зачем его вызвали в столицу?
— Признаться, Ваше Высочество, я полагал, что дело Грейгса как-то связано с моим вызовом и, потому, рассчитывал, что обо всем узнаю в допросной.
Я не стал говорить, что на самом-то деле рассчитывал узнать о предстоящем задании еще больше, нежели мог услышать из уст правителя. Владыки любят вещать о розах, но редко упоминают о шипах.
— Как вы считаете, Грейгс говорил правду? — поинтересовался герцог.
— Отчасти, — кивнул я. — Касательно ненависти ко мне, желания взять мою удачу — чистая правда. Но что до приказа задержать гонца, но не убивать — в это я не верю. По собственной инициативе дружинники не отважились бы на убийство гонца, да и какой смысл им его убивать, если Асмус уже съездил в Урштадт и встретился со мной? А так, люди графа, с чистой совестью предъявили бы своему господину накидку с гербом и доложили — мол, приказ исполнен. Но у меня есть кое-какие сомнения. Они зачем-то пытали гонца. Спрашивается, зачем рисковать, терять время? Что они хотели узнать?Увы, я тоже погорячился, надо бы хоть одного оставить в живых для допроса. Мне кажется, Грейгсу следует еще разок встретиться с прекрасной фрейлейн.