— Ты взрослая девочка, — пожал я плечами. — Тебе самой решать.

Ехать нам ещё почти сорок минут. Даже из города пока не выехали. Поспать, что ли?

Я спокойно откинулся на спинку сидения и прикрыл глаза. Подремлю немного, а потом…

— … Я ЖЕ СКАЗАЛА, ЧТО УЖЕ ЕДУ ДОМОЙ!

Вскрик был таким резким, что я чуть на сиденье не подпрыгнул. Открыл глаза. Всё ещё такси. Всё ещё едем по городу. Значит, дремал совсем недолго…

— Деда, пожалуйста, — продолжала причитать сидящая рядом со мной Елена. — Я же сказала, что всё было в порядке! Я всего лишь сходила послушать… Нет! Да нет же! Да… Да послушай ты меня!

Так. Что-то явно пошло не по плану. Эмоции, исходящие от девушки рядом со мной, становились всё острее и острее по мере того, как разговор заходил всё дальше. Я слышал из динамика гневный голос Распутина. И старик явно был недоволен происходящим.

— Что? Нет! Да ничего такого я не собиралась… Деда, да послушай ты меня, я всего лишь хотела… ЧТО⁈ НЕТ! С чего ты взял⁈ Я лишь… Нет… Да нет же!

Так, судя по всему, сейчас она…

— ТОГДА ИДИ ТЫ К ДЬЯВОЛУ СО СВОЕЙ ЗАБОТОЙ! — выкрикнула она, повесив трубку, и на её глазах появились слёзы. — ДОСТАЛ! Я БУДУ ДЕЛАТЬ ТО, ЧТО ХОЧУ! ОСТАНОВИТЕСЬ!

Последний крик предназначался уже водителю.

— Лена, успокойся, пожалуйста, — попробовал я немного усмирить её, хотя и так понимал, что толку от этого будет немного. Судя по бьющим из неё эмоциям, шансы на это находились где-то в районе нуля.

— Я СКАЗАЛА, ОСТАНОВИ МАШИНУ! — зло, почти срываясь в рыдания, закричала она.

— Друг, остановись, пожалуйста, — быстро попросил я таксиста, и тот, следует отдать ему должное, тут же свернул к обочине.

Едва машина остановилась, как Распутина дёрнула ручку и выпрыгнула наружу, громко хлопнув дверью. Я успел услышать, как телефон в её руке издал звучную трель звонка…

…а затем улетел в ближайшую стену.

Мне же оставалось лишь вздохнуть. Пару секунд выжду.

— Понимаю тебя, парень, — хмыкнул таксист. — Бабы — они такие…

Даже отвечать на это не стал. Просто попросил его подождать тут и постоять на аварийке. А сам выскочил наружу.

Распутина успела отойти метров на десять, когда я её догнал.

— Лен, что происходит?

Она не стала слушать. Даже не повернулась, когда я её позвал. Пришлось взять за руку и быстро развернуть лицом к себе… для того чтобы на меня уставились два маленьких океана слёз в её глазах.

— Что случилось?

— Он на меня наорал, — чуть ли не плача, выдавила она из себя.

— Сильно наорал?

— Угу. — Она шмыгнула носом. — Очень сильно.

Блин, и что с ней делать? И я ведь почти уверен, что, находись она в нормальном состоянии, такая ерунда не случилась бы. А сейчас эмоции от выступления. Плюс алкоголь. Видимо, всё наложилось друг на друга и дало такой взрывной эффект.