Впрочем, учитывая всю подоплёку ситуации, оно, наверно, неудивительно.

А вот удивила Настя. Точнее, ее реакция, когда мы наконец встретились. Я как раз возвращался с одного из осмотров назад к себе в палату, когда мне на шею бросилась прекрасная шатенка и сжала в объятиях.

— Насть, задушишь…

— ЧТО С ТОБОЙ ПРОИЗОШЛО⁈ — выдала она мне, едва только разжав руки. — Мне сказали, что в тебя стреляли и…

Эх. Приятно. Вот чисто по-человечески приятно. От нее шла такая волна искреннего беспокойства и тревоги, что я даже немного растерялся от неожиданности. Когда красивая девушка так о тебе переживает — это всегда греет самолюбие, что уж тут поделать.

— О, беспокоилась, значит, — не удержался я от ехидной усмешки. — Приятно.

— Ой, да иди ты, Рахманов, — фыркнула она и закатила глаза. — Раз шутишь, значит всё не так уж и страшно… — она потупила глаза и вздохнула. — Но я правда беспокоилась.

Как оказалось, ни Роман, ни ее отец ничего не рассказали ей о том, что со мной случилось. Точнее, рассказали. Роман рассказал. И то только после того, как я сегодня утром опять не пришел на работу, а мой телефон не отвечал. Вот тогда-то Настя и забеспокоилась уже всерьёз. Всё таки раньше я за прогулами замечен не был. Настолько, что уже готова была поднять собственную охрану на мои поиски.

Приятно? Ну да. Чего скрывать. Я ей небезразличен, пусть и не в романтическом плане. Ну, мне так кажется.

Немного поговорив, узнал, что наша работа продвигается. И это прекрасно. Настя уже подготовила оба иска. Всё равно что меч перед боем наточила. Плюс, как и планировалось, Лиза сейчас проходила обследование тут же, только в другом крыле. И, по словам Насти, дела у нее шли отлично.

Разумеется, я тут же захотел пойти и посмотреть на то, как у нее дела. Елизавета сейчас как раз ждала очередной прием и сидела рядом с кабинетом в кресле в ожидании, когда ее примут.

— О, Александр! — обрадованно улыбнулась она, заметив, как мы с Лазаревой шли в ее сторону. — Здравствуйте!

И вот тут настала уже моя очередь удивляться.

Это был абсолютно другой человек. И я сейчас не шучу. Такой разительной перемены я не ожидал. Нет, я, конечно, видел, серьёзные изменения в её эмоциональном фоне после того, через что её Эри пропустила. Но чтобы настолько?

От моей пустой, злой и поддерживаемой лишь своей внутренней злостью и желанием добиться справедливости клиентки не осталось и следа. Вместо неё в кресле сидела красивая и жизнерадостная девушка. Синяки под глазами пропали окончательно. Во взгляде появился блеск. Даже ее лицо, кажется, лишилось той бледности, которая так сильно бросилась мне в глаза при первой встрече, а на щеках появился румянец.