— Фиби, ты не знаешь, что могло случиться с твоей мамой? — спросила Алиса. Дракон подняла голову, несколько раз ударила хвостом и, пронзительно закричав, стремительно взлетела в воздух.
Глава 27
Фиби, громко крича, стремительно летела на свою мать. В уголках рта Маледикт заиграло фиолетовое пламя, её пасть открылась, обнажив острые зубы, которые казались больше, чем всё драконье тело моей сводной сестры. Маледикт с шумом втянула воздух в себя, где-то в глубине её горла вспыхнул яркий свет, и дракон резко выдохнула. Поток огня с рёвом вырвался из её рта.
Я едва не свалился со спины Трак, когда пламя рассыпалось вокруг Фиби и вдруг превратилась в искрящихся бабочек. Лавандовые существа разлетелись огромным облаком, которое кружилось и порхало в воздухе вокруг неё. Дракончик издала радостную трель, её крылья то складывались, и тогда она пикировала, ловя ртом одну бабочку за другой, то вновь широко распахивались, поднимая изящное тело ввысь, к мельтешащему яркому хороводу. Фиби кружилась и петляла среди них, гоняясь за пламенными насекомыми.
Мои руки крепко сжались на луке седла Трака, а из груди вырвался долгий дрожащий вздох: — Чёртовы драконы! Мне показалось, что Маледикт сошла с ума…
Чудовищно огромный дракон над нами издала громоподобный крик, от которого камни сорвались с близлежащих гор и покатились по склону к земле. Её крылья небрежно взмахнули, взъерошив мои волосы, и Маледикт неторопливо и величественно описала над нами широкий круг. Открыв рот, я смотрел на гордого дракона с благоговением и восхищением. Анна прижалась к моей спине, и я оглянулся, почувствовав её прерывистое дыхание на своей шее. Эльфийка смущённо улыбнулась.
— Она и меня напугала. Её силу просто… невозможно постичь. Когда Директор делает нечто подобное, я всё понимаю: вижу формы заклинаний, магию… Но Маледикт — это просто сила. Лишь одно её движение способно перевернуть мир, — ободряюще улыбнулся эльфийке.
Я готов был поклясться, что видел, как огромный дракон хитро подмигнула мне, когда пронеслась над нами. Маледикт слегка пригнула голову, и Фиби приземлилась на один из её рогов. Маленький дракончик казалась тёмным пятном на фоне тела своей матери. Размер Маледикт стал ещё более устрашающим, когда она заходила на посадку. Дракон сделала последний поворот, её когти слегка прочертили на земле, оставляя неглубокие отметины, и немного пробежала по кругу, чтобы унять инерцию. Я покраснел, осознав, что Маледикт производит посадку значительно легче и изящнее меня.
Её умение контролировать каждую мышцу своего тела просто поражало. Она должна весить тонны, а приземляется так, словно просто тяжёлая птица. В последний раз, когда приземлился, я оставил в земле четырехметровую траншею и чуть не зарылся носом в мох. Интересно, может, это какое-то использование физической маны, о котором не знаю…