Внезапно шар белой энергии ударил в центр моего заклинания. Броня моментально разлетелась вдребезги, меня закрутило в воздухе, а магия была съедена чужеродной маной. Во время неконтролируемого падения что-то хрустнуло в крыле, от горящей одежды потянулся шлейф чёрного дыма. Невдалеке пронёсся силуэт огромной белой змеи, с изяществом скользящей по воздуху. Из её головы поднимались серебряные рога, золотистые глаза хищно блеснули в мою сторону.
— Имри Первозданная! — подумал я в панике.
Дракон выдохнула ещё одну сферу светящейся силы, которая перебросила меня через стену Академии и понесла по пустырю, созданному имперской бомбардировкой. Огромная сила вращения лишила лёгкие кислорода, каждый вдох давался с трудом, земля и небо менялись местами с немыслимой скоростью. Внезапный удар о дерево подбросил меня вверх, второе крыло, хрустнув, сломалось, вызвав у вспышку боли, и я с оглушительным грохотом упал на землю.
Пепел поднялся с земли и ослепил, взметнувшись из кратера, созданного мной. Я задыхался от копоти, пыли и обломков коры, выброшенных ударом, кашляя и пытаясь восстановить дыхание.
Не успел я сориентироваться, как рядом на землю опустилась огромная белая фигура. Дракон изогнулась, образовав вокруг кольцо, а затем когтистая конечность обрушилась на меня.
Всё вокруг потемнело.
Глава 4
Вместе с возвращением сознания пришла и боль. Чуть двинулся и застонал, всё же намереваясь встать, но не смог. При попытке пошевелиться в ушах раздался звон цепей, на тело давила тяжесть. Мана казалась приглушённой, далёкой и недоступной.
Я поморщился: — Неужели меня и правда заковали в цепи? Ставлю деньги на то, что Виктория с Имри стоят надо мной и злорадствуют. Они сначала вынесут мне мозги допросами, и если я действительно живу в грёбаном аниме, то одна из них предложит трахнуть меня, прежде чем меня убьют.
Осторожно приоткрыл один глаз. Мир расплывался в тумане. То, что открыл второй глаз, ничуть не улучшило ситуацию. Очки отсутствовали. Я не мог вспомнить, куда их засунул после того, как надел маску, сражаясь с солдатами в коридоре. Неужели уронил?
— Уф… Дело дрянь! Стоп, а где маска?
Никто и никогда не снимал с меня маску — я и не подозревал, что кто-то может снять её против моей воли. Прямо перед собой смутно различал бежевую стену, которая сливалась с полом и потолком. С трудом повернувшись, заметил шесты палатки, рядом на полу какой-то коврик и ведро.
— О, номер-люкс с личным туалетом, — буркнул я.
Хорошенько повернуть голову и рассмотреть «шикарную» обстановку мешал застегнутый на шее тяжёлый ошейник. Цепь спускалась вниз и соединялась с ремнём. Ещё две цепи, прикреплённые к поясу, шли к каждой руке и заканчивались металлическими наручниками, а лодыжки были скованы чем-то вроде кандалов. Такие радикальные меры казались мне излишними. Большее, что я мог сделать — это повернуться. Длины цепей хватало, чтобы встать на ноги, но сделать это оказалось проблематично. Ещё одна цепь, охватывающая мою талию, фиксировала крылья, аккуратно сложенные на спине. Я прислушался к своим ощущениям и понял, что они, как ни странно, больше не болят.