Третий пункт был любопытен, но, по сути, не давал ничего принципиально нового — увеличения эффекта я могу добиться, просто увеличив резерв маны. Или же проведя несколько сеансов.
Основная борьба шла между «локализацией» и «контролем» — оба варианта значительно расширяли мои возможности, но в итоге я остановился на последнем. Сливать весь резерв на царапины было глупо, а тратя ману экономно, я могу стабилизировать сразу нескольких пациентов. Да и локализация, пусть и в зачаточной форме, у навыка есть: волнаисцеления растекалась по организму, и наиболее критическим эффект был в стартовой точке.
Вы выбрали «Контроль». Подтвердить?
Поднявшись, я добрался до раненых, возле которых уже суетились медики. Отодвинув их, я опробовал новые возможности навыка, вновь восстановив, а затем тут же слив резерв. Конечно, полторы сотни единиц на человека — немного, но для того, чтобы стабилизировать их состояние, вполне достаточно. Ну а с болью справятся лекарства — им уже вкололи обезболивающее…
— Всё, можете их уносить. — Я разогнулся. — И где, чёрт возьми, техники?
* * *
Под слизь у научников имелись стеклянные контейнеры и «высокотехнологичные инструменты», при помощи которых её можно было туда поместить, — в основном лопаты. Консистенция слизи, практически жидкая сразу после гибели, при контакте с воздухом начинала сгущаться и теперь напоминала кисель. Так что, при должной сноровке, лопаты вполне подходили для сбора биологического материала. Особенно совковые…
— Бери больше, кидай дальше. Пока летит — отдыхай.
Я вернулся к туше, игнорируя покрывающую тонким слоем пол слизь. Её уровень внутри панциря к этому моменту уже опустился до безопасного, а техники, наконец, закончили прорезать панцирь алмазными резаками. В указанных мной местах, иначе работа затянулась бы ещё дольше…
— Что там?
— Лейтенант, вы… вы должны увидеть это сами…
Действительно должен. Внутри нашлась не только слизь, но и трупы. Много трупов. От большинства остались лишь скелеты — с какими-то клочками одежды, но игроки сохранились лучше. Точнее, не сами игроки — а их сумки, одежда и карты. Системные предметы куда хуже поддавались кислоте. Один, два, три… Одиннадцать. Да я прямо пророк. От одежды практически ничего не осталось, сумки тоже были практически разъедены — однако пять из них определялись как системный предмет. Содержимое остальных же плавало в луже слизи — карты, например, практически не пострадали, и здесь их были десятки. Гораздо больше, чем трупов игроков. Я подобрал одну… Меч — судя по рисунку европейский. Однако нагнулся я не ради него, параллельно подобрав кристалл.