Ещё через двести метров, уже у самой границы базы, стоял техник в замасленном комбинезоне и копался в нутре приземистого генератора. Из-под кожуха тянулся ровный негромкий гул, генератор работал. Техник ругался себе под нос, не агрессивно, а так, по-рабочему. Подняв голову, он мазнул по нам взглядом, кивнул и снова занялся делом.

— Дисциплина, — оценила Анна. — Никто не суетится, не зевает. Чувствуется клановая школа.

— Комендант тут явно из строгих, — я усмехнулся. — Не удивлюсь если за расхлябанность спросит так, что человек месяц вспоминать будет. И не факт что по местному времени.

Здание главного штаба приближалось. Пока ехали, я успел разглядеть, как устроены жилые бараки — добротные одноэтажки на пять-шесть дверей каждая, с приставными лесенками и небольшими навесами над входом. За первой линией бараков виднелось что-то покрупнее, с трубой и заметным дымоходом. Скорее всего, мастерская, или общая кухня, а может, и то и другое под одной крышей. Чуть дальше тянулись складские ангары с раздвижными воротами. У одного из них как раз стоял такой же грузовик, как тот, за которым мы ехали, и грузчики снимали с него ящики.

Штабное здание стояло немного в стороне, ближе к центру лагеря. Прямоугольное, одноэтажное, с фасадом, выкрашенным в обычный серый, и большим клановым гербом над входом. Перед штабом расчищена утрамбованная парковочная площадка, на ней уже стояли два внедорожника, мотоцикл и крытый внедорожник дежурной службы.

Грузовик впереди мигнул левым поворотником и плавно свернул к разгрузочной площадке у складов. Я качнул рулём правее, обходя его, и поехал к штабу. Свободный слот нашёлся сразу. Крайний правый, под навесом. Я завёл туда машину, выровнял по полосам, заглушил двигатель.

В салоне сразу стало слышно, как снаружи стрекочут какие-то местные кузнечики и шумит ветер в траве за оградой.

— Ну, я полетел! — констатировал Орион и не дожидаясь моего ответа резко изменился.

Чешуя пошла волной, тёмно-зелёный цвет хамелеона смазался в густо-бурый, силуэт на моём плече вытянулся, обзавёлся длинными перепончатыми крыльями, узкой остромордой головой и крючковатыми лапками. Через пару секунд на воротнике у меня уже сидела крупная летучая мышь размером с хорошего сокола, со сложенными крыльями и янтарными глазами.

— Уф, — Орион встряхнулся всем телом, расправил крыло, проверил, и снова сложил. — Совсем другое дело.

Анна с интересом смотрела на эту переплавку. Несмотря на то, что она уже видела все три формы питомца, новое преображение каждый раз вызывало у неё одну и ту же сдержанную улыбку.