— Получается? — едва слышно спросила София. — Мне ведь не кажется?

— Получается, — уверенно кивнул я. — Теперь нужно немного подождать.

Она не выдержала и уткнулась лицом в ладони, сдерживая слёзы. Я подошёл ближе, положил руку ей на плечо.

— Ты сделала всё правильно. Теперь его жизнь зависит не от этих шарлатанов, а от нас.

Она глубоко вдохнула и медленно выпрямилась. В глазах ещё блестели слёзы, но голос стал твёрдым:

— Спасибо, Лёша. Никогда не забуду!

В этот момент дверь беззвучно открылась, и внутрь вошёл грузный мужчина лет сорока пяти, с густой бородой и в медицинском халате.

— Что вы делаете? — строго спросил он, подходя ближе. — Почему посторонний в палате? И что это такое⁈ — указал он на пустой пузырёк, который София поставила на прикроватный столик. — Вы что, напоили чем-то больного⁈

— Вы уж определитесь пожалуйста, Константин Валерьевич, — спокойно ответил я, глядя ему в глаза. — Больной человек Игнатий Павлович, или же здоровый? По вашему же диагнозу, вы заявляли что это — последнее. Тогда в чём же интересно ваши претензии к нам?

— Да кто ты вообще такой, парень, чтобы так со мной разговаривать? — прищурился лекарь. — Ещё мне нотации не читал какой-то сопляк, с самодельной бурдой, решивший поиграться в аптекаря!

— Так значит, Диана забыла уведомить вас о моём статусе? — без малейшей агрессии в голосе, участливо спросил я, ещё сильнее раздражая Юсупова. — Что же, мне не сложно представиться лично. Быстров Алексей Иванович, наследник рода Быстровых и работодатель Светловых. И как вам наверняка известно, я могу контролировать процесс лечения своих слуг и не обязан получать на это ничьё одобрение.

— Вот и лечите своих слуг, у себя дома! — рявкнул Константин Валерьевич. — А до тех пор, пока Игнатий Павлович находится здесь, у нас, за его содержание отвечаю я, лично! И я запрещаю вам делать что-либо с моими пациентами.

— Как удобно, что вы сами подняли этот вопрос, — улыбнулся я. — Ведь Игнатий Павлович выписывается из вашей палаты, и в услугах Юсуповых мои люди более не нуждаются.

— Ладно, тогда, я вас не задерживаю! — махнул рукой в сторону выхода лекарь. — Но уже уплаченные средства за содержание вам никто не вернёт! Пишите отказ, и уходите!

— А вот это уже очень вряд-ли, — взяла слово София. — Лёша, ты не против, если я сама с ним переговорю?

— Без проблем, — подмигнул я ей. — Он твой.

— Спасибо! — улыбнулась девушка и холодно зыркнула в сторону лекаря. — Пройдете до вашего кабинета, Константин Валерьевич, — строго сказала Светлова. — Не нужно мешать моему отцу приходить в себя, своими криками. После вас.