— Кстати, думай вот над чем. Человек так высоко её бы не повесил.

Девушка действительно висела высоковато. Нет, достать до неё было можно, даже колышки вбить. А вот зафиксировать тело… пожалуй, да.

— Спасибо. Учту.

— Сочтемся, — усмехнулся Шам. — Я не думаю, что это тех же рук дело, Анчар. Выросли молодые фанаты-последователи, вот и всё. Ну, ты там держись, что ли. А я пойду за сигаретами схожу. Подозреваю, что заодно придётся взять ещё и водки.

Шам отключился. Анчар понял, что устал.

И устал ещё больше спустя час рапортов и разъяснений полиции. Копы приехали в бронезащите, с чёрными визорами на глазах. Они оцепляли район фалангами и проверяли всех, кто находился в окрестностях. Чёрные визоры автоматически подсвечивали данные с коммутов граждан, позволяя сразу выявлять маргинальные элементы, привлекавшихся и тех, кто зарегистрирован далеко отсюда. Копы вламывались в квартиры, прочёсывали крыши и подвалы. Нашли схрон чернокнижников — обшарпанную заброшенную квартирку со всяким барахлом.

Потом позвонил его приятель Коул Чандлер.

— У меня хорошие новости, Анчар. Не хочу хвастаться, но я завершил свой месячный челлендж «без спиртного» за пять с половиной дней.

— Молодец, Коул. Ты совершенствуешься прямо на глазах. Говори адрес.

Оставив на Бойла всю бумажную волокиту, детектив вызвал такси и указал две точки. Первой был паб «Наагхаль», он как раз получался по пути.

Накрапывал дождь, в небе громыхали тучи. Когда таксист привёз его на место, Анчар забежал внутрь, крикнул бармену:

— Знаю, что так непринято, но позови Наага. Я пришёл забрать пальто.

Это был уже другой бармен, точнее — барменша. Рыжая высокая девчонка с короткой стрижкой, в клетчатой рубашке с закатанными рукавами и приоткрытым плоским животиком. Это, пожалуй, единственное, что у неё было плоским.

Она кивнула и подняла руку с коммутом, что-то на нём набрав.

Нааг вышел через минуту, держа пальто в руке.

— Держи. Скажи спасибо, что Дрейк унёс его раньше, чем нетрезвая компашка вурдов.

— Спасибо, Нааг.

Анчар, проверил карманы, встряхнул пальто и накинул на себя. В этот момент в углу паба громко разбился стакан. Детектив бросил туда беглый взгляд, увидел хмурого вида девчушку с черной помадой на губах и чокером на шее. Он хотел что-то сказать Наагу, но вновь обернулся. Она смотрела на него полными ненависти глазами и сжимала вилку так, словно хотела её сломать.

Та самая новая подружка Лангуста, значит.

— Какого чёрта она здесь сидит? — спросил он у Наага.

— Кто? Сорока? Ну, заходит иногда.

— Сегодня утром её накрыли вместе с Лангустом.