— Нет, с ней всё в порядке. Больше никого?

— Не припоминаю. Есть ощущение, что я мог видеть их, когда читал лекции. Почему вы показали мне фото моей…

— Как вела себя Нэвё в тот вечер? — оборвал его Анчар.

— Как обычно. Она не чувствовала себя уставшей, более того, у неё были большие планы, которыми она с радостью делилась.

— Что за планы?

— Она хотела перевестись в МКУ, сдав недостающие дисциплины. Я сказал ей, что МетаТех откроет ей куда больше дверей, когда она выпустится. Но это было моё субъективное мнение. Разный жизненный опыт накладывает на людей разное видение объективной действительности — тут нет правильного и неправильного. Естественно, я её не отговаривал. К тому же у неё были сложные отношения с родителями, и она категорически не хотела идти по их стопам.

— Она упоминала кого-нибудь подозрительного из её окружения? Может, настойчивые соседи по общежитию.

— Насколько знаю, у неё не было таких проблем, иначе она бы поделилась со мной. Разве что её не любили преподаватели МетаТеха за прогулы, но это было взаимно.

— Спасибо, Освальд. Думаю, мы с вами ещё пообщаемся, но позже.

— Разумеется. Я очень… Если вам нужна будет какая-то помощь, Анчар, я готов её оказать. Не хотелось бы, чтобы до такого доходило, но если что — возможно, я смогу выпросить у «Фарм протекшен» людей и некоторые ресурсы. Хотя бы в последний раз я смогу немного помочь Ларе и её родителям.

— Вы вряд ли сможете помочь, Освальд, но спасибо, я запомнил.

— Как идёт расследование? Стоит надеяться, что её найдут?

— Посмотрим.

Освальд закрыл за ними дверь, и они поехали на лифте вниз. Сюда обязательно нужно будет вернуться, но лучше — с Бойлом, и ещё лучше — с доступами к сетке камер. Не то чтобы Анчар действительно подозревал Освальда или кого-то другого, просто проверять нужно всё без исключения, но без лишней спешки. В спешке как раз можно что-нибудь забыть.

— Ты ему веришь? — спросила Кристина в лифте.

— Если бы я был причастен к преступлениям, то, пожалуй, вёл бы себя ровно так же.

— Смотрю, ты не привык доверять людям, — заметила Кристина.

— …Тем не менее, логики пока не прослеживается. Он всего лишь военный психолог, который…

— Психиатр. Это же важно! — съязвила Кристина.

— Да хоть первородный шаманский лекарь. Если над ним действительно висят большие шишки, тут шаг в сторону — расстрел. К тому же он вряд ли хорошо разбирается в магии — нейропровода, имплант на руке. Чем больше в тебе железа, тем хуже чувствительность к магии, сама знаешь. А те, кто за этим стоят, должны питать особую страсть к ритуалам. Даже если делают всё чужими руками.