Слушая всё это, меня не покидала мысль, что я упускаю какую-то мелочь. И если к методам Якова Робера у меня претензий не было, то вот по поводу Ауриты, которая резко перестала играть с сестрой, возникли некие сомнения.

Насколько подсказывала мне память прежнего владельца, Аурита, хоть и испытывающая не самые тёплые чувства к Андеру, с младшей сестрой была очень дружна. Вернее, «дружна» — это совсем не то слово. Она любила Нику и никогда не отказывалась провести с ней своё свободное время.

— Ника, а почему ты считаешь, что она не хочет с тобой играть? — осторожно поинтересовался я. — Может она просто устаёт? Ты же сама говоришь, что занятия с преподавателями очень утомляют. Каллиграфия еще эта…

— Ага, устаёт, как же., — недовольно пробурчала сестра. — На коммуникатор у неё время всегда есть. А не меня теперь нет.

«Неожиданно, — хмыкнула Миа. — Какой ты заботливый старший брат, оказывается. А так сразу и не скажешь. Ну и дарил бы уже обоим сестрам гаджеты, что ж ты так?».

— Ну теперь понятно, — внешне спокойно произнёс я, хотя самого прошиб холодный пот. — И что? Она тебе его никогда не даёт?

— Вообще никогда, — тут же сдала сестру Ника. — Сама играет постоянно, а мне говорит, что я ещё маленькая. А ты правда и мне подаришь такой, когда мне исполнится шесть лет? Аурита так мне сказала, хоть мы и договорились, что это тайна. Уже чуть-чуть осталось до моего дня рождения. Только я не хочу такой, как у неё. Он чёрный и совсем некрасивый. Я хочу синий. Такой, как цвет платья.

— На твой день рождения я обязательно придумаю что-то особенное, — туманно пообещал я.

Говорить, что я не собираюсь дарить ребёнку гаджет, который в её возрасте ей абсолютно не нужен, я, естественно, не собирался. А вот под определение «что-то придумаю» можно подогнать любой сюрприз, который гарантировано отвлечёт девочку от этой навязчивой идеи.

«Остановите мой ор, — ядовито хохотнула Миагозра. — Вот это я понимаю — настоящий разведчик. Сосредоточившись на выявлении и купировании внешней угрозы, мы проморгали крота в собственной семье. Чернов, да ты в моих глазах вовек от этого позора не отмоешься».

«Ты всё сказала? — огрызнулся я, понимая, что демоница права. — Возможно, всё не так и страшно, как ты себе уже накрутила».

«Ты сам-то себе веришь? — рассмеялась Миа. — Я чувствую все твои эмоции, милый. И в них сейчас преобладает шок от услышанного. Нет, если ты мне сейчас сможешь подкинуть нормальную версию, согласно которой у десятилетнего ребёнка появился дорогостоящий гаджет с ментальной привязкой, то я с удовольствием тебя послушаю. Но что-то мне подсказывает, что ничего вразумительного ты сейчас сказать не сможешь».