Заваливаясь следом, пухлый упёрся в спину.
— Вот же, косолап криворукий, горбатого могила исправит… — бормочу, от столкновения боками и его громкого сопения, пока мы толкаемся к стойке.
У кранов с пенными напитками работает полноватый кореец в чёрной рубашке и круглых очках. Не видать старого бармена, знакомого по прошлому визиту.
— Аньён! — пухлый здоровается с неуклюжим поклоном, стараясь не задеть окружающих мокрыми плечами.
Он взял инициативу в свои руки? Вперёд и с песней!
Занятой бармен слегка кивнул, не отвлекаясь от наливания пивной кружки. За стойкой ему помогает высокий парень. Тот оценил подмоченный вид у моего спутника и улыбнулся, продолжая крутить шейкером.
— Есть свободный столик? — теребит ладони пухлый.
— У нас аврал, — легкомысленно ответил молодой помощник и весело добавил: — Уголок всегда найдём, но не сегодня!
Небрежный отказ клонит плечи в мокром пуховике. За стойкой люди явно старше, их возраст допускает снисходительное отношение.
Голяк! Тащиться на дождливую улицу, покидая уютное тепло, мне совсем не хочется…
— А столик у сцены? — не сдался пухлый.
Настырный… Слабо улыбаюсь. Молодчага!
— Говорю же, мест нет! — отрезал молодой помощник и сердито добавил: — Стол в резерве! Приходи в следующий раз!
На меня уставилось широкое лицо с печальными глазами. Его взгляд настолько виноватый, будто он сам нагнал толпу посетителей, заняв все свободные места.
Во даёт! Легко кивнув, я разворачиваюсь к выходу.
— Мочить, значит мочить… — бормочу сквозь зубы, толкнув ручку прозрачной двери.
На улице дождь усилился и встретил нас порывами холодного ветра с мокрыми брызгами.
— Может, в другое заведение? — предлагает пухлый. — Не только здесь есть рамен.
— Ган скоро подойдёт, — тихо отказываюсь и поправляю мокрый капюшон.
— Ган, — нахмурился пухлый, — твой парень?
— Просто парень! — резко отвечаю.
— Вы друзья? — прицепился пухлый.
— Мы через многое прошли, — задумчиво улыбаюсь, — у нас есть история.
— То есть, вы друзья, — настойчиво кивнул пухлый.
— Ну… — стараюсь подбирать слова, — наверное… его можно так назвать…
У меня никогда не было живых друзей.
— Так и назвал, — придирчиво требует пухлый. — А почему ты не можешь?
— Я зову его Ган, — слегка пожимаю плечами. А ещё чудиком…
Непонятливо изучаю парня, тот тоже уставился в ответ. Частые капли с тёмных небес падают между нами. Плотность дождя стала ближе к ливню, и его непокрытую голову заливает гораздо сильнее.
— Нельзя просто стоять, пх-х… — фыркнул он водой с носа, — и мокнуть под дождём!
Угу. Если упустить чудика, тогда придётся его опять в башне искать, а там прекрасное чудовище обитает. Как-то неохота!