— Да кто бы ее слушал? Все знают, что она ненавидит тебя из-за смерти ее мужа…

— Дала бы божественную клятву, тогда бы поверили… Да и смысл сейчас об этом говорить? Время уже упущено, Дубренаг уже всем растрепал…

— Тоже верно… — согласился Ларадж. — А нельзя перенести эту дуэль под благовидным предлогом на недельку? А за это время наймем лучших убийц, надбавим прилично за срочность — и нет больше этого Тивадара…

— Отец, у Эйсона два грандмага в телохранителях. И он доказал в Бельбе, что не дурак. Ну, убьем мы этого Тивадара, и что? Он поймет, что это мы заказали его брата, и явится сюда вызывать меня на дуэль. А как мы убьем его по этой же схеме с такими телохранителями?

— Но бежать тоже нельзя, сын! Это нам плевать на эту дворянскую честь, мы недавно стали дворянами, но королевством правят аристократы, у которых по несколько десятков поколений дворян в роду… Вон, у канцлера моего — двадцать пять поколений предков с титулом… Служили еще у первых королей нынешней династии… При малейшем подозрении с их стороны, что ты сбежал, чтобы не появляться на этой дуэли, я тут же утрачу свою должность…

Хамал подумал над тем, спросить ли своего отца, что ему дороже — карьера и деньги или жизнь сына, но промолчал. Боялся получить ответ, который ему не понравится. И в конце концов, сбежать он вполне сможет и без позволения отца… Как тупой баран на убой он точно не пойдет…

Отец, видимо сообразив, о чем он думает, покачал головой и сказал назидательно:

— Сохранить мою должность для нас важнее, чем ты думаешь. Я многим серьезным людям в Дромарском королевстве наступил на любимые мозоли, находясь на этой позиции, да и все в курсе, что я теперь очень богат. Сейчас нас от мести и расхищения нашего состояния защищает моя должность, но стоит ее потерять, как все изменится… Мы же не потомственные аристократы, чтобы нас никто не тронул из уважения к нашим предкам и боязни, что король за нас заступится…

Ларадж отпросился у канцлера, и они с сыном отправились в город, закупать в лучших лавках всю литературу, связанную с дуэлями. Сели дома изучать ее. Вскоре отец поднял голову и сказал, просияв:

— Я нашел! Мы можем заменить тебя на другого бойца, сын! Скажем, что ты не хочешь биться не с дворянином… Такая дуэль, мол, может негативно сказаться на твоей чести.

— Я уже проверил, отец, — с кислым выражением лица сказал Хамал. — Это возможно во всех случаях по Дуэльному кодексу Аргента. А по нашему, дромарскому Дуэльному кодексу, это невозможно без урона чести в том случае, если был сделан вызов на смертельную дуэль. Я уже спросил Дубренага, он договорился о том, что будем биться в нашем королевстве. Обычно так и делают, когда вызов делает иностранец, так что мне винить его не в чем. Значит, и правила тоже наши, местные.