Нет, не мог, конечно. Одно дело, что я всегда стараюсь ставить перед собой амбициозные задачи, но если бы кто-нибудь сказал мне тогда, что я добьюсь вот такого успеха всего лишь за год, я бы ему не поверил.

Мной действительно был совершен грандиозный прорыв к той цели, ради которой я совершаю почти каждый свой шаг — с утра, когда просыпаюсь, и до момента, пока не кладу голову на подушку. Подготовка к войне с высшими демонами…

Конечно, у меня сохранился адрес того грандмага, у которого мы заказывали эти два десятка артефактов. Как его звали, кстати? А, Фукрус! Но я предполагал, что Гредбенк сделает их в любом случае более высокого качества, чем Фукрус, с учетом его усовершенствованных знаний. Возможно, ему удастся сделать так, чтобы эти артефакты блокировали более широкий спектр слабых проклятий… А может быть, если особенно повезет, он сможет замахнуться и на противодействие средним проклятиям. Это было бы очень здорово, учитывая то, что я готовлюсь вскоре наведаться в королевские могильники ради сокрытых там артефактов и сокровищ.

Мелькнула, правда, мысль: а нужно ли мне лезть в королевские могильники, рискуя собой и членами своей группы? Если в теории Гредбенк может, изучив переданный ему трактат, вскоре создать те же артефакты, что мы планируем добыть из этих самых королевских могильников, включая редчайшие артефакты лечения?

Но, во-первых, в теории. Может создать, а может и не создать. Он все же артефактор по достаточно узкому спектру направлений. Может быть, даже усвоив часть знаний древних, он не сможет достигнуть быстрого прогресса по другим направлениям артефакторики. Или что-то годное выйдет у него только лет через пять. Не готов я столько ждать без твердой надежды на результат.

Ну а во-вторых, у нас в любом случае нет выхода, и в эти могильники обязательно придется идти, потому как если мы их не обыщем, то потом это неизбежно сделают высшие демоны и усилятся за счет того, что получат доступ к этим бесценным артефактам… За несколько лет они непременно найдут информацию о каждом из тех могильников, о которых я знаю из будущего и сам собираюсь обыскать…

На войне всегда есть приоритетные задачи, как и во время подготовки к войне. Одна из главных задач — не только собирать самые необходимые ресурсы, но и делать все, чтобы лишить врага этих ресурсов. Чем их у него меньше, тем выше ваши шансы на победу.

У меня было не только очень много практики военных действий во время той войны, на которой я провел восемь лет с девяти до семнадцати. Но в мою голову было также накрепко забито огромное количество военной теории от наших полководцев. Причем, что важно, теории, разработанной не кабинетными учеными, а действующими полководцами, сумевшими выжить на протяжении долгих лет войны с самым ожесточенным противником в истории человечества. Это была уже не чисто теория, а теория, подкрепленная практикой и пролитой кровью тех, кто к ней не прислушивался.