Видимо, понимая, что он сам его вызовет, или просто желая поделиться с сыном новостями, отец первым на него вышел. Фанрик с удовольствием принял портал, тут же скастовав вокруг себя шатер молчания, — все же он был в комнате, где помимо него было еще трое соседей. И пусть они все из его клана, но кое-что и им слышать не надо. В любом клане есть свои группы, часто конкурирующие между собой, и клан «Огненного урагана» исключением не был.

— Здравствуй, сын, — сказал Жабеус, — все, союз заключен.

— Как все прошло, отец?

— Ты знаешь, очень неплохо. Даже удивительно, если честно говорить. И совсем твой Эйсон не похож на провинциала, кстати говоря. Манеры у него безукоризненные, словно с детства ел на золоте с серебром, а уж что касается хитрости и предвидения возможных опасностей… Не выглядит он на свой возраст. И когда он все это успел освоить, учитывая, что еще и превосходный дуэлянт!

— Он еще и охотник, отец, и непревзойденный! Я тут подергал за ниточки, и один из профессоров рассказал мне по секрету, что профессор Древч уверен в том, что Эйсон лично убил крахта еще до поступления в академию. Ну как тебе это?

— Да нет… Это уже слишком, — уверенно ответил герцог сыну.

— У него на шее висит соответствующий медальон чести с глазом, клыком и когтем крахта. Вот так!

— Ну если так, то да. Хотя скажи кому — никто не поверит…

— Так а все остальное разве не такое же невероятное? Вот как его команда победила всех соперников дважды? Потому я и настаивал на союзе с его кланом еще год назад. Он очень далеко пойдет… И что еще важно, прекрасно об этом знает, иначе не отказался бы вступить в наш клан, отвергнув мое предложение той осенью…

— Ты предлагал ему вступить в наш клан? Об этом ты мне не рассказывал… — нахмурился отец.

Фанрик, напротив, расцвел. Он только что проверил одну очень важную вещь. Ондир, его ближайший друг, как выяснилось, не стучал на него отцу, как он подозревал, иначе тот бы знал об этом эпизоде… Правда, радость не была полной. Не стучал его отцу, но мог стучать своему, а тот просто не сообщал герцогу по своим соображениям. Но хоть что-то теперь известно, что уже неплохо…

— Не рассказывал тебе, потому что ты обиделся бы, что мне отказали, и не стал бы даже рассматривать идею с этим союзом. А для меня этот отказ как раз и стал одним из оснований для этого союза, потому что если человек так себя ценит еще на первом курсе, чтобы отказаться от такого щедрого предложения, то он планирует очень далеко пойти.

Отец усмехнулся, признавая, что сын верно предугадал его возможную реакцию, и сказал: