Снова метнул ледяные капли сквозь марево, переступая то влево, то вправо, и обе капли послал в этот раз вправо, исходя из известной мне психологии дуэли — если тебя ранили, когда ты шагнул влево, в следующий раз ты не задумываясь шагнешь вправо. Ты же помнишь, что, когда шагнул влево в прошлый раз, было очень больно! Если, конечно, не знаешь о такой психологической особенности и не отслеживаешь ее сознательно.
И снова крик боли. Граф присел и скукожился за скастованным воздушным щитом. Но мне опять не повезло — а вот ему да, в этот раз пострадал другой его бок. Чуть более серьезно, но опять не смертельно. Как этого везучего засранца вообще убить-то?
Глава 17
И в этот момент граф сломался. Скорчившись за щитом, он заорал:
— Я признаю свое поражение, я сдаюсь! Приношу свои извинения! Остановите бой!
Конечно, судья тут же остановил дуэль. И я не был внакладе, хоть он и остался жив — в момент принесения извинений граф не стоял на коленях, как я потребовал, хуже — он сидел на корточках, словно слуга, ждущий приказания хозяина и экономящий силы. Так точно не стоит приносить извинений… Нет, конечно, их вообще лучше не стоит приносить, если не хочешь всеобщего презрения, но вот так вот… это даже хуже.
Купол был снят, я поднялся на трибуны. Даже и не вспотел, и костюм был в полном порядке. Учитывая его стоимость, новости очень хорошие. Джоан выбежала мне навстречу:
— Прости, не успел его убить! — покаялся я.
— Да это даже и хорошо! — громко сказала она. — Благородная смерть на дуэли не для всех подходит. Только для тех, кто твердо стоит на своих ногах.
Коварная шпилька в адрес графа, проявившего позорное малодушие и сдавшегося в унизительной позе из-за не очень серьезных ран. Я прямо почувствовал, как на меня кто-то уставился ненавидящим взглядом. Повернув голову, увидел отца графа Валадера. Ну да, он меня сейчас искренне ненавидел, кто бы сомневался.
— Прошу всех вернуться обратно в зал! — громко сказал ректор, и люди потянулись ко входу во дворец. За одним исключением — ректор остановился возле герцога, и сказал: — Думаю, вам следует похлопотать о вашем сыне. Наш легкомысленный праздник вряд ли достойный повод отказываться от этой важной миссии.
Герцог и так был зол — теперь же его лицо побагровело. Фактически ректор выгонял его из своего дома, несмотря на выбранные вежливые слова. Но искать сочувствия вокруг было бесполезно — позорное завершение дуэли, инициатором которой был его сын, сильно уронило их обоих во всеобщем мнении. И это вряд ли ограничится сегодняшним днем — клану долго еще будут припоминать эти извинения. Причем я еще и не знаю, является ли этот граф наследником клана. Если да, то для клана все еще хуже. Чтобы поправить репутацию, им бы вообще стоило срочно поменять наследника. Впрочем, насколько я понимаю, этот герцог — патриарх клана, раз явился представлять свой клан на день рождения племянницы короля, а значит, ему и принимать это решение.