Выйдя на небольшую полянку в сотне метров от скал, брат сделал мне знак остановиться, поднес ладонь ко рту и прокричал:

— Сэр-хэй! Подойди! Есть разговор.

«Странное какое-то имя», — подумал я, остановившись справа от Арэты, и тут до меня дошло…

— Погоди, — я поморщился и с сомнением посмотрел на кусты впереди. — А что им нужно было осмыслить?

— Да все вокруг, — брат пожал плечами. — Они, к примеру, никогда не видели верн и радовались как дети, а когда Макато первый раз обернулся…

Что там было дальше, Арэта рассказать не успел, поскольку кусты раздвинулись, и на поляну вышел высокий мужчина. Чужак, ну да… Один из девяти ками…

Одновременно с этим я понял, что сошёл с ума. Окончательно и бесповоротно… Естественным образом, да… и ещё немного от радости…

Ками выглядел предельно серьезно. Одет в черную, очень знакомую форму. Броник, разгрузка, и двенадцатый калаш[4] в правой руке. На плече — шеврон с четырьмя русскими буквами. Забрало шлема откинуто, маски нет, и я его, конечно, узнал…

В ответ на вопросительный взгляд появившегося бойца, Арэта кивнул на меня и пояснил:

— Это наш командир. Я тебе о нем говорил. Таро-доно нашёл нас и сломал преграждающие печати. Теперь мы можем отсюда уйти. Вас заберём с собой, поскольку здесь оставаться нельзя.

Выслушав Арэту, капитан перевёл на меня взгляд и, кивнув, произнёс:

— Здравствуй, командир…

Сказал он это понятными японскими словами, и словно бы прислушиваясь к их звучанию. Ну да… У меня оно было примерно так же.

И это же не сон⁈ Все реально и со мной?

Усилием воли прогнав проступившие стены психушки и послав на хер уже склонившегося надо мной врача, я улыбнулся и негромко сказал:

— Ну здравствуй, Серега!

Услышав внятную русскую речь, капитан вздрогнул, нахмурился и вгляделся в мое лицо.

— Мы зна-комы? — с видимым трудом произнёс он, уже, очевидно, зная ответ. В глазах друга плеснулись океаны надежды. Ну да… Попав сюда, они логично предположили, что и я где-то здесь. Думали, как найти и, наверное, строили планы…

— Да, немного знакомы, — я кивнул и ещё сильней улыбнулся. — Сергей Валерьевич Антипов, капитан Росгвардии с позывным «Барс», девяносто второго года рождения, код от домофона тридцать шесть — решетка — восемьсот сорок пять. Мне продолжать?

Говорят, мужчины не плачут. А если от радости — то это уже не считается…

— Гриша! Гриш-ка! — радостно проорал капитан и, шагнув вперёд, стиснул меня в своих медвежьих объятьях.

Успокаивающе махнув рукой брату, я рассмеялся сквозь слёзы и, отстранившись, уже по-японски спросил:

— Кто тут с тобой?

— Все наши с того — последнего твоего штурма, — Серега довольно оскалился, взял меня за плечи, осмотрел с ног до головы и, обернувшись, крикнул кустам: — Чех, Монах, тащите сюда остальных! Тут Самурай! Который наш, и он теперь китаеза!