Я видел уже эту картину и до сих пор не пойму, как за четыре тысячи лет тут что-то могло сохраниться? И упавшие ветви, и развалины храма, и само Древо Судьбы? Это же не Египетские пирамиды… Впрочем, опять не о том думаю.

В этот раз меня закинуло на небольшую площадку очень похожую на сад камней. Примерно сорок на пятьдесят метров. Вокруг здоровенные валуны, на которых видны полустертые знаки. Иероглифы и рисунки, вроде тех, что рисовали на скалах неандертальцы. Передо мной ровная плита, по форме напоминающая огромную школьную парту. Примерно по пояс, наклонена ко мне, и весит, наверное, тонн двадцать как минимум. Вся в разводах и трещинах, но это понятно. Интересно другое…

По центру плиты выбито два дерева, под которыми видна полустертая вязь иероглифов. В левом верхнем углу полумесяц, в правом — солнечный диск. Внизу, по центру, вдоль края — символы пяти стихий. Какое-то странное место… Луна, Солнце, стихии, деревья… Почему именно здесь? И почему деревьев два? Великое Синее Древо и Древо Судьбы? Но там ведь есть еще два… И самое главное: что мне хотят показать?

В тот момент, когда я это подумал, посредине плиты появилась шестеренка. С загнутыми зубцами, знаками и узором…

Филактерия Нактиса! Целая! И это при том, что она у меня на руке. Или уже нет⁈

Похолодев, я попытался осмотреть запястье, но не смог. В этот момент рядом со мной появился полупрозрачный силуэт Салисэ. Богиня шагнула к плите, положила ладонь на камень, и мир погрузился в непроглядную тьму.

—… Азуми! Джеро! Со своими десятками к пролому в стене! Встречайте гостей!

Сознание прояснилось, и я понял, что лежу на траве, раскинув в стороны руки. Цепь исчезла, значит это уже не астрал.

— Иори! Смотри, он вернулся! — прокричали откуда-то сбоку, и вокруг на мгновение стало тихо.

— Не трогайте его! — голосом Эйки рявкнула темнота. — Он сам сейчас очнется и встанет.

— Уже очнул-ся, — пропела над ухом Нэко, и я, глубоко вдохнув, принял сидячее положение.

Открыл глаза, сдвинул котэ[4] на левой руке, осмотрел запястье и с облегчением выдохнул. Филактерия никуда не исчезла, и это не может не радовать.

Чувствовал я себя превосходно. Бедро уже не болело, но после показанного кодамой в голове крутилась куча вопросов. Впрочем, анализировать буду потом.

Быстро поднявшись на ноги, я кивнул стоящей рядом Эйке и огляделся.

Та же площадка с Побегом, опрокинутые камни и с полсотни ёкай вокруг, которые смотрят на меня, как индейцы на высадившегося Колумба. Лисица стоит рядом, Нэко висит над плечом. Со стороны пролома доносится какой-то шум, но звуков боя не слышно. Оно и понятно. Кошка здесь — значит, всем раненым оказана помощь, а все неживые отправились туда, откуда пришли. Нэко свои задачи знает прекрасно.