Несчастный парень покраснел и сжал кулаки, но я уже повернулась и протянула зелье. Его подруга тем временем от скуки крутила баночку с нашим кремом для рук и морщила нос.

— Я же говорила, что нужно идти кварталом выше, к нормальному врачу, а ты уперся. Любишь местечки для бедняков.

Это меня задело. В аптеку заходили разные люди. Да, в основном небогатые, но это не значило, что наши зелья были хуже, чем где-то еще. Нашу семью нельзя назвать зажиточной, мы и к среднему достатку еле-еле пробились, и мы тоже ничем этих двоих не хуже.

Так что заносчивая парочка бросила мне вызов.

— Местечки, где все рецепты опробованы и постоянно корректируются по результатам наблюдений. Видал я тех элитных лекарей, — на самом деле нет, в Дагре даже бургомистр лечился наравне со всеми, зато я слышала много историй от Рейгаля. Его столичные доктора не впечатлили, особенно из богатых кварталов. — Важные, наглые, а опыта-то и нет. Сколько у них больных? Один-два? У господина Фесса за половину дня в местной лечебнице пару десятков. А сколько мы производим лекарств, у-у-у! Вот вы, госпожа, — я наклонилась поближе к девице и понизила голос, — какого бы любовника предпочли: молодого и опытного или седого мужа, который женщину последний раз студентом видел? Зато просит три сотни монет только за то, чтобы подъехать к вам домой? С производством лекарств все то же самое.

— Вы хотя бы понимаете, что такие сравнения неприличны! — вспыхнула она.

— Сравнения неприличны, выводы очевидны. А это простите, не продается, — я забрала у нее из рук баночку с кремом. — Заходил человек от принцессы, выкупил всю партию.

— Ее высочество сейчас активно борется за женское равноправие и меньше заботится о красоте. Все об этом знают, — хмыкнула она.

— Ну так с гладкими руками всяко сподручнее и бороться, и заботиться, — пожала я плечами и медленно, плавно, с чувством убрала крем под прилавок.

— Ладно, заверните один вместе с зельем.

— С удовольствием бы, но не могу, не могу, — вздохнула я. — Все силы бросили на производство новой партии для ее величества и фрейлин. Возможно, завтра появится. Пока попробовать можно.

С улыбкой я достала нашу «пробную» баночку, зачерпнула шпателем немного крема и намазала по руке. Девушка его недоверчиво растерла, принюхалась и сделала вид, что ничего особенного не произошло. Но я-то видела, как она раз за разом трогала кожу, пока ее женишок расплачивался за зелье. Прибежит за своей баночкой, куда она денется. А насчет завтрашних цен мы с Ирвином не договаривались, так что придется ей раскошелиться.