Но сто шагов они прошли вместе. Никто не отбился, никто не потерялся. Сняли лыжи, прислонили к стене, Вальтер пусть сам с лыжами разбирается. Взошли по ступеням, открыли дверь. Прошли внутрь. Хорошо-то как.

А что-то и не хорошо.

Их никто не встретил. Только бульдожка тявкнула, покружила по залу и улеглась на подстилку в углу.

Ладно, пусть. Лотта, верно, занята по хозяйству, Надежда Константиновна отдыхает в своей комнате. Или пишет что-нибудь.

Все уселись в деревянные кресла. Кроме Вальтера, разумеется. Тот вышел в туман — лыжами занялся, не откладывая на потом. Или чем-нибудь другим. Держать гостиницу непросто.

— Я бы чаю выпил, — сказал франт. — Или глоток-другой питья покрепче.

— Чай — вполне крепкий напиток для первой половины дня, — Лев Давидович оглянулся, ища Лотту. — Хотя в Швейцарии предпочитают кофе и шоколад.

— Да я и от шоколада не отказался бы. Где наши хозяева? Франт встал и начал шагать от камина к креслу и обратно, заполняя звуком тишину дома.

— Два часа пополудни? Ну и времечко летит! — удивился Лев Давидович, указывая на часы на полке.

Все проверили собственные часы. Арехин тоже. Никакой ошибки, два часа. А по ощущениям едва ли полдень.

Ильич встал.

— Зайду к себе, посмотрю, поспрашиваю… — сказал он. Франт тут же прекратил движение.

— Да, что-то тихо. Да ещё туман. Окна словно молочным киселём залило. Только этот кисель не съешь.

— Ничего, ничего. В свое время поедим.

Они ждали возвращения Ильича. Недолго ждали:

— А Надежды нет, — растерянно сказал вернувшийся муж.

— То есть как это нет? — спросил Лев Давидович.

— Вот так. Нет, и всё.

— Наверное, что-нибудь с хозяйкой обсуждает, всякие дамские дела.

— Возможно, — протянул Ильич, но без уверенности протянул. — Нужно Вальтера спросить.

Вальтер в дом не торопился.

— «Грузельгешихтен» — это не «Гранд Отель», — сказал очевидное Арехин.

— Да, тут особенно пропадать негде, — согласился Феликс.

— Во всяком случае, стоит сейчас же пойти и найти Лотту.

Действительно, «Грузельгешихтен» насчитывал лишь двенадцать комнат для постояльцев. Две на первом этаже, шесть на втором, и четыре — в мансарде. Из них занято было пять, считая ту, где остановился ушедший к водопаду господин. Плюс кухня, кладовая, комнаты хозяев, еще служебные помещения — всего восемь дверей. Итого двадцать минус пять — пятнадцать. В каждую Арехин стучал и слушал, не ответят ли. Феликс не отставал ни на шаг, но чем-либо дополнить действия Арехина не мог.

Результат оказался обескураживающим: ни Лотты, ни Надежды Константиновны отыскать не удалось.

И Вальтер не вернулся.