Дозвонился до Прохора и заверил его, что мы отлично питаемся и чудесно проводим время. Выслушал подробный доклад обо всех происшествиях. Котята съели точильный камень, погрызли камин и чуть не покусали моих львов. Но огнем больше не плевались. Я сказал, что вопрос их нормального питания почти решен.

Затем я послушал ворчание деда. Патриарх испытывал двойственные чувства. С одной стороны он скучал без меня. А с другой немного нервничал из-за скорого отбытия в императорскую лечебницу. Собирался он туда, как в военный поход. И долго обсуждал, что стоит с собой взять. Судя по списку, взять он собирался всё. На всякий случай.

Поговорил я и с Гордеем. Мальчишка радостно сообщил мне про успехи в учебе и что всё таки довел духа предка. Так что у парнишки случились каникулы. Правда его тут же занял Лука Иванович, принявшись обучать шахматам.

Наговорившись вдоволь, вспомнил я и про призрака ординарца. После того, как он воздержался от посещения острова, Арсений Яковлевич совсем притих. Я лишь ощущал его присутствие, но не беспокоил.

Призыв духа результата не дал. Капитан-поручик отчего-то не желал являться. Настаивать я не стал, сам придет, когда ему того захочется.

Так и прошел день, беззаботно и весело.

А к вечеру пришло сообщение из земельной коллегии. Сделка была подтверждена и оставалось получить заверение от каждого участника. Это можно было сделать через банк, то есть даже без встречи с Дробыниным. Но купец настоял, чтобы я приехал к нему.

Хотел лишний раз показать пренебрежительное отношение.

Вот только меня это обрадовало. Отличный повод переманить к себе его управляющего и дать добро лешему Сохрону. Обе эти вещи лучше было сделать лично.

Так что я договорился прибыть с утра и отправился к старосте, оставив Тимофея помогать уже в кузнице. Это занятие увлекло рыжего гораздо сильнее, чем выпечка.

Евдоким Пахомович занимался своим огородом. Лихо выдергивал позднюю редиску, отряхивал от земли и укладывал её в большой медный таз.

— А, Александр Лукич, — прищурился он, когда я подошел и загородил собой солнце. — Ну как отдыхается у нас, всё ли хорошо?

— Благодарю вас, всё чудесно.

— Может, опять баньку вам истопить? — спросил он. — Поздновато конечно, но успеете попариться. А я гуся запеку, зашибло его сегодня. К жеребцу нашему сунулся, тупая птица…

— Спасибо, но вчерашнего раза вполне хватит, — не без сожаления отказался я. — Разговор у меня к вам есть. Как освободитесь.

— Ну так я уже закончил, — староста поднялся, подхватывая урожай. — Пойдемте в дом, я чаю заварю, да поговорим.