Отлетев в угол салона, увидел Воропаева. Неожиданно уже в кресле, предназначенном для заключенных, обездвиженный опустившейся сверху плечевой рамой. Что интересно сел сам, действуя по плану. Посадку ренегата должен был контролировать Бартез, но он уже исчез — статус неактивный, иконка бойца серая.
Минус два.
Арбитр недавно ушел вниз — первым, отвлекая основную реакцию сил службы безопасности, а наш шаттл сейчас рвался вверх, пробивая перекрытие за перекрытием. Несколько секунд и мы вылетели на верхний уровень башни, оказавшись в огромном помещении зала совещаний Директора. Почти полностью пустое пространство, только круглый стол в центре — Здравомыслов как раз подогнал челнок к нему, приземляясь с ударом почти без торможения, так что нас по полу проволокло.
По плану я должен был оставаться за оружейным пультом, а Розенкранц прикрывать Здравомыслова, но полученные им повреждения планы смешали. Поэтому Рози в своих потрепанных доспехах, все еще искрящихся в районе наплечника, остался на месте оружейного оператора, а сам я встал рядом с творцом-основателем, уже занявшим место за столом и запустившим работу местной системы.
Перед Здравомысловым в воздухе почти сразу повис десяток экранов, руки мелькали в воздухе почти неуловимо для глаз, запуская процессы — творец-основатель сейчас похож на пилота вертолета, проводящего предстартовую процедуру в ускоренном порядке, когда уставные двадцать восемь минут нужно уместить в четыре.
Прошло несколько долгих секунд, пока все было спокойно. Пушки «Коллектора» периодически постреливали, уничтожая появляющиеся из дыры в полу дроны, но ситуация пока без серьезного напряжения, можно слегка дух перевести.
Здравомыслов в это время раз за разом подтверждал активацию запуска разных протоколов, полосы загрузки и проверок параллельно запущенных процессов постепенно поползли к заполнению. Снизу, далеко-далеко, слышны грохот и выстрелы — там Арбитр с младшим Воропаевым за штурвалом шорох наводит, отвлекая силы безопасности Директората.
Активность вокруг начала нарастать, при этом время наоборот, потянулось медленно, словно залитый в песочные часы гудрон. Ощущение, что остановилось. Коллектор прикрывал нас со спины, из дыры в полу уже вылетел Арбитр, затормозив с пронзительным, приглушенным наушниками шумом двигателей. Из боковой двери выпрыгнул Анри, вставая рядом со Здравомысловым и закрывая его своим телом с другой от меня стороны.
Полоски загрузки и анализа данных на многочисленных экранах ползли все так же медленно, вокруг снова начиналась вакханалия — из распахнутых дверей зала появлялись охранные дроны и роботы, пушки шаттлов грохотали без перерыва, разнося все вокруг себя, прицельные комплексы в визоре буквально с ума сходили. Перед глазами расцвело буйство красок — я уже слабо понимал, что происходит, автоматика по большей части воевала с автоматикой, сам я только энергетический щит перед Здравомысловым держал, в который уже несколько раз прилетало. Анри с другой стороны от него без энергетического щита и просто отстреливал появляющиеся в его секторе дроны и бегущих робособак — этих тоже уже несколько десятков появилось.