У него явно появился доступ к инвентарю отряда Посланника, а эти предметы — давным-давно купленные и забытые, я в категорию личных не переводил, просто забыл, не подумав.

— Зачем эта комедия? — спросил надменно Гольдштейн у Воропаева. — Вы же знаете, что здесь запрещено оружие.

— Видите ли, Paul, — посмотрел Воропаев на темного творца-основателя. — Данный нож не подходит под категорию холодного оружия, а является предметом хозяйственно-бытового назначения. Это во-первых.

Гольдштейн начал понимать, что происходит что-то незапланированное, но было уже поздно — Воропаев в пару скользящих шагов оказался рядом, полоснув ему по выставленным перед собой в защитном жесте рукам, а после ударив ногой. Гольдштейн извернулся с криком боли, глядя, как хлынула кровь из порезов на запястьях, а Воропаев воткнул ему нож в шею. Здравомыслов попытался убежать, проскочив по широкой дуге мимо ренегата с ножом, явно намереваясь спрятаться за моей спиной, но в руках Воропаева уже материализовался топор-колун — брошенный, он с неприятным чавкающим хрустом вошел в спину светлому творцу-основателю.

Упавший на колени Гольдштейн булькал кровью, пытаясь зажать фонтанирующую рану на шее, Здравомыслов кричал от боли и страха и медленно полз в мою сторону — ноги волочились за ним как плети.

— Во-вторых, Paul, вы даже не подумали, что ренегат — это уже не человек, так что на меня не распространяются ограничения, завязанные на психоэмоциональную эхограмму. Иначе говоря, на слепок души, — доверительно сообщил хрипящему Гольдштейну Воропаев. — У меня ведь больше нет души, маркерам алгоритма теперь просто не за что цепляться, запрещая мне то или иное действие.

Да, налицо явное упущение творцов-основателей. Зато созданная ими Система, получается, выдавая мне недавнее задание и контролируя ход его выполнения, все это прекрасно рассчитала.

— Дальше что? — спросил я у Воропаева, прикидывая расстояние до портала и возможные варианты действий.

— Аксель Александрович! — вдруг постучал по столу Басманов, вырывая меня из воспоминаний.

— Да-да, я здесь, — вернулся я в себя.

— Продолжаем: после убийства творцов-основателей Кирилл Воропаев растворился в воздухе — так его наказала Система за убийство администраторов территорий, а вы получили задание инициировать возврат купленных товаров, создавая более десяти тысяч невыполнимых операций. Когда Система с этим предсказуемо не справилась, включился безопасный режим и вы увидели отсчет времени до закрытия переходов.

— Именно так, — не моргнув глазом соврал я.

— И вы приняли решение вернуться на Землю.