Сбить получилось не меньше десятка черных контейнеров, а благополучно их приземлилось не меньше половины от общего числа. Рухнули двери-люки и в ангаре начали появляться группы черной пехоты — отдаленно напоминающие немецких солдат-мотоциклистов времен Второй мировой. Все в кожаных плащах и шлемах с забралами, похожих на противогазы. Нелишняя деталь — в ангаре уже вспухали очаги черного дыма с ядовито-зелеными прожилками, попав в которые местные военные умирали в конвульсиях, выплевывая легкие. Те, у кого не было противогазов — у большинства они все-таки в наличии и группы синих фигур занимали оборону, активно отстреливаясь.
Приземлившиеся и оставшиеся целыми контейнеры между тем ожили — со скрипом, скрежетом и черным дымом распрямились клешни-ноги, застучали выстрелами выдвинувшиеся пулеметы, выкашивая отряды в синих мундирах и разваливая стоянки самолетов. Поливая все вокруг огнем, изрыгая дым и пламя, грубые черные шагоходы перемещались со скрежетом железа и с перестуком острых лап.
Ошарашенный Здравомыслов наблюдал за всем происходящим с открытым ртом, а я уже давно тащил его в сторону локомотивного депо — сейчас, когда бомбы падать перестали, оно казалось неплохим укрытием.
За нашими спинами разворачивалось сражение, постепенно набирая обороты. Местные, явно обескураженные ударом, частично разбегались, но сопротивление в целом не бросали — только что в ангар влетело несколько звеньев синих истребителей, ярко-голубые трассеры мелькнули дорожкой по черным машинам. Одну сбило на бок, второй пули хлестнули в бронеколпак кабины и машина вдруг взорвалась фонтаном искр и расплавленного металла.
Появились и синие шагоходы — более изящные в отличие от черных, и работающие на эфире, так что совершенно бесшумные, а стрельба с их стороны шла энергетическими разрядами. Место битвы затянуло дымом, в котором мелькали синие и голубые лучи, красные трассеры, клубы пара и взрывы — очень теперь заметна разница между местным стимпанком и атакующим дизельпанком.
В ангаре появились еще несколько звеньев синих истребителей, последние две машины красной эскадрильи тоже наконец взлетели, а мы с приходящим в себя на бегу Здравомысловым уже были совсем рядом с железнодорожным депо. Пусть и не находились сейчас в центре сражения, но посвистывали вокруг пули, над головой прошла очередь красных трассеров.
Почувствовав спиной приближение опасности, я рванул влево, утягивая Здравомыслова за собой и мы завалились под забором депо. Нас сразу же обсыпало бетонной крошкой — прошедший сверху с громким воем черный истребитель оставил в бетоне глубокие борозды огнем четырех авиационных пушек. Снаряды с искрами стеганули по ближайшему к нам массивному локомотиву — видимых повреждений он не получил, зато в клочья разорвало двух машинистов в синих мундирах, бегущих вдоль состава.