— Раздевайтесь, ложитесь в капсулу.

— Вы не сможете отправить меня в анабиоз.

— Почему это?

— Потому что здесь все управление настроено на мое ДНК.

— Значит перенастройте, добавьте мне права администратора.

— Я не буду этого делать.

— Пол, вам когда-нибудь ломали палец? — вздохнул я. — Да вы не волнуйтесь так, я не собираюсь пытать вас долго, я же не тиран и не убийца. Мне, поверьте, совершенно не хочется слушать ваши воющие крики и видеть, как у вас от боли и страха текут слюни, кровь, моча, а также нюхать содержимое высвобожденного кишечника. Тем более, что отправка в капсулу для вас не будет шагом в вечность. Знаете, почему?

— Почему? — выдавил из себя Гольдштейн, побледневший как полотно.

— Потому что я скоро приду сюда с Петром Здравомысловым — мы с ним, кстати, помирились и сейчас работаем вместе. Вернемся, достанем вас из капсулы и поговорим уже предметно насчет сотрудничества, а также вариантов как избежать схлопывания нашего бытия в космологическую сингулярность. Так что, мне начинать применять неконвенциональные аргументы, или вы не будете ухудшать для нас обоих ситуацию и выдадите мне права администратора?

Ну вот, даже голос повышать не пришлось. В следующие несколько минут, под моим строгим контролем и с объяснением каждого действия, Гольдштейн активировал систему управления и добавил мою ДНК как способ подтверждения доступа на космической станции с интересным названием «Sarcophagus», утвердив мне права как у себя самого. После этого заметно расстроенный темный творец-основатель разделся и лег в капсулу.

Некоторое время я думал, отправлять его в анабиоз — до девяти лет, или в стазис, до девяноста девяти. Потом, перестраховавшись, попрощался и активировал стазис, выставив максимальный срок в девяносто девять лет. Нет, не собирался его здесь на столь долгий срок оставлять и действительно собирался вернуться, просто мало ли что может по дороге случиться.

Как только подтвердил команду, видимое сквозь крышку капсулы лицо Гольдштейна мгновенно покрылось изморозью, как у соседа, записанного как «Субъект-13». Доставать этого неизвестного, кстати, я совершенно не собирался — потом вернусь, разберусь с ним. Спрашивать кто это у Гольдштейна тоже не стал — проверить не могу, а творец-основатель и соврать может.

Осмотревшись напоследок, двинулся обратно — двери теперь мне подчинялись. В портальном зале арка выхода на Землю была все еще активна и через несколько секунд я уже вновь вышел в круглом портальном зале подземного бункера Белого дома. Быстро открыл меню Посланника, зашел в список заданий, выделил активное и запросил рекомендацию на выполнение. Хотелось, конечно, проверить статус Лизы как члена отряда, но здесь и сейчас судьба мира решается, так что это подождет — и так нехорошее предчувствие, каждый миг ожидаю системного сообщения о провале задания.