— Нет. Но ты можешь спросить её сам.
— Разговоры с женщинами в моей семье обычно начинаются с вопроса и заканчиваются тем, что я ухожу чинить что-нибудь на улице.
— Если всю жизнь так «играться», долго не протянешь. Рано или поздно придётся посмотреть правде в глаза и дать правильные ответы.
— Раньше это всё работало безотказно.
Матвей повернул голову ко мне.
— А ты?
— Что я?
— Ты всё время объясняешь, чего хотят другие. Муж, Соня, я. А чего хочешь ты сама?
Я открыла рот и не нашла ответа. Вопрос оказался слишком простым и почти неприличным. Чтобы избежать ответа, я вставила в телефон сим-карту. Экран тут же взорвался уведомлениями. Десятки пропущенных, письма, сообщения от коллег.
Заведующая кафедрой писала, что Владимир сообщил ей о моём «тяжёлом эмоциональном срыве» и просила не поддерживать мои решения. Редактор сообщал, что муж попросил приостановить мои выступления. Знакомый врач предлагал помощь, потому что Владимир рассказал ему, будто я отказываюсь от лечения. Я читала это, а море перед глазами постепенно расплывалось. Владимир не просто искал меня, он строил вокруг меня клетку из чужой заботы, лишая меня всех людей, к которым я могла бы обратиться.
— Арина, что случилось? — тихо спросил Матвей.
— Ничего, — ложь вылетела автоматически, за двенадцать лет она стала рефлексом.
Матвей посмотрел на мои пальцы, побелевшие вокруг телефона, но спорить не стал.
— Хорошо. Тогда спрошу иначе. Тебе сейчас нужно, чтобы я ушёл или остался?
Я не смогла ответить сразу. Владимир никогда не спрашивал, он просто забирал телефон и объяснял, как мне поступить. Матвей же просто ждал моего решения.
— Останься, — тихо сказала я.
Всего одно слово, а далось оно труднее любого публичного выступления. Матвей кивнул. Не приблизился, не коснулся меня и не потребовал объяснений. Мы молча смотрели на воду, пока солнце опускалось к горизонту.
Телефон снова завибрировал. Пришло голосовое сообщение от Леры. Я включила запись, сначала слышалось только тяжёлое дыхание и шум машин, а потом Лера заговорила шёпотом:
— Арина Сергеевна, он знает, что вы уехали. Он не остановится. На флешке не всё. Есть ещё одна копия, полная, но она не у меня...
На заднем плане громко хлопнула дверь. Лера резко замолчала. А затем совсем рядом раздался мужской голос:
— Ты кому звонишь? Запись оборвалась.
Глава 5
Глава 5
После сообщения Леры я почти не спала. Запись обрывалась мужским голосом, хлопком двери и гнетущей тишиной. Я переслушала её раз двадцать, хотя прекрасно понимала: на двадцать первый раз Лера внезапно не успеет продиктовать адрес, а неизвестный мужчина не станет вежливо представиться и оставить паспортные данные. Я засыпала её сообщениями, но они оставались непрочитанными, и к утру тревога превратилась в тяжёлый ком под рёбрами. Я бродила по пансионату, заглядывая в телефон каждые две минуты и пытаясь составить план спасения человека, о местонахождении которого не знала ничего. Профессиональный опыт подсказывал составить чёткий алгоритм действий, но моё тело предлагало просто лечь лицом в подушку и не вставать до полной смены личности.