Глава 22
Намёк инструкторами был понят правильно. Нестеров сказал, что они могут выхватить после таких выходных пару недель отстранения от полётов.— Отдохну зато. В следующем году ты же знаешь, что наша эскадрилья пересаживается на МиГ-21? — спросил он, когда мы делали осмотр борта перед посадкой в кабину.— Слышал об этом. А вы же летали на 21 м?— Да. Просто восстановлю допуск и всё.«Элочки» готовили проверенные ребята, такие как Борян под присмотром нашего знакомого Валерия Алексеевича.— Значит, мы можем опять к вам попасть? — спросил я. — Третий год и снова третья «пьющая» — уже становится закономерностью, что именно вы нас учите летать.— Везёт вам. А может и нам. Я к вашей курсантской четвёрке так точно привык. Артём тупит только иногда, но вы все парни «летучие». Жду не дождусь, когда мы с вами звеном полетим. Вот там веселье будет.Обнявшись со своими товарищами и пожав руку на прощание мне, Валерий Алексеевич заспешил удалиться. После запуска и получения разрешения, наша пара начала выруливать к полосе.— Экипаж Новикова пойдёт перед нами, так что не будем торопиться на полосу, — сказал Нестеров, медленно выруливая со стоянки. — И вообще, чего это я рулю? Давай, работай. Зря тебя, что ли взял с собой.— Комполка сказал, чтобы я только перед собой смотрел, — усмехнулся я, перехватывая управление на рулении.— Считай, что твой командир экипажа вышел из строя.Я осматривал аэродром, и на душе было немного грустно. В своё время здесь было целое лётное училище, и в разные периоды служили более ста Героев Советского Союза. Среди них были и космонавты. Этот полк дал путёвку в небо многим знаменитым лётчикам и… так жестоко обойдётся с ним судьба через 20 лет.В моё время он был заброшенным, а все постройки разворованы и разгромлены. Улетучился из жилого городка запах авиационного керосина. На взлетно-посадочной полосе, с которой нам сейчас предстоит вылетать на свой аэродром, будут устраивать гонки ночные стритрейсеры. Этой альма-матер нескольких поколений лётчиков Белогорского училища предстоит просто исчезнуть. Произойдёт это в 1998 году. Как бы мне хотелось, чтобы этого не случилось.Валерий Алексеевич прослужит в этом полку всю свою жизнь от лётчика-инструктора до командира полка. Всеми силами будет отстаивать его право на существование и жизнь после развала Советского Союза. Насколько справедливо, что именно ему предстоит зачитать на плацу полка приказ о расформировании?— Валерий Алексеевич никуда не хочет отсюда переводится? — спросил я у Нестерова, когда мы занимали