— Возьми это. Чтоб всегда я была с тобой, — сказал она, и дала мне небольшую фотографию размером, наверное, 6×9.
— Спасибо, а когда она была сделана? — спросил я. На снимке Женечка в бирюзовом платье на фоне сцены в своём институте. Слегка натянутая, но такая искренняя улыбка, и во взгляде наивность и доверчивость. — Не в тот ли самый…
— Литературный вечер по Лермонтову. Я долго думала, отдавать тебе её или нет. Пускай будет, чтоб я за тобой всегда следила, — сказала она и чмокнула меня в губы. — Опоздаешь в училище.
— Бегу, мой генерал! — сказал я и сорвался с места в сторону КПП. Через пару кварталов, оценил время и понял, что есть возможность пройтись. Да и тротуары скользкие. Не хватало ещё навернуться.
Фотографию так и не убрал в карман, продолжая рассматривать свою девушку. На обороте красивым почерком написано — «Приснятся мне твои глаза… любовь проснётся, и захочет с тобою быть всю жизнь, всегда».
— Строчки из стихотворения Лермонтова, — сказал я вслух и убрал фотографию во внутренний карман. — Вот Женька!
Похоже, Серый, любовь к тебе пришла! А ты всё Бардину заявлял о привычке и мелкой влюблённости. Сам же и попал в эти сети. Да и пусть так!
В паре сотнях метров от меня уже виделся угол училищного забора и фонарь над КПП. Время было впритирку, но ничего страшного. И чего я так переживаю, что меня накажет старшина? Отработаем наряд или два вне очереди. Все опаздывают и на большее время, а я чем хуже.
И в этот момент мне мощно прилетело по голове, а в нос ударил запах водки. Руками попытался ухватиться за что-нибудь, но на ногах устоять не смог. Передо мной мелькнул чей-то силуэт в лунном свете, и резко стало темнеть в глазах.
Глава 11
Странное ощущение, будто ты паришь над землёй. Голова совсем не держится на своём месте, так и просится скатиться вниз. Ещё этот запах водки, боль где-то в районе макушки и за что-то постоянно цепляющееся ноги.
— Может, встанешь, а? — крикнул мне кто-то в правое ухо. Глаза вроде открыл, но вокруг всё расплывчато, только виден едва пробивающийся свет.
— Браток, ножками своими идём! Надоело тащить тело твоё, — а это уже было сказано в левое. Постепенно стал ощущать, что меня кто-то держит подмышки и волочёт.
— Я его сейчас брошу. Устал. Давайте оставим его и машину вызовем?
— Есть же вроде возможность?
— Отставить, ныть! — рыкнул на моих сопровождающих третий. — В комендатуру сказал. Там с ним разберутся.
Вот это да! Голос этого парня мне был знаком не понаслышке. Сам Швабрин, или просто Швабра. В учебном полку мы с ним очень сильно не поладили.