— Человек, имевший наглость оскорбить меня и моих женщин, мертв, а к вам у меня претензий ПОКА нет! Уйметесь — останетесь живы. Нет — отправитесь к предкам…

Меня услышали. Более того, поверили, что так и будет. Ибо к этому моменту не на шутку разошедшиеся женщины успели сжечьиспепелениями обе фальшь-стены с бойницами и прячущимися за ними стрелками, перебить вояк в своей зоне ответственности и поставить сразу две мощнейшиестены праха между нами и парадным входом в помещение. Так что от силы через полминуты я со спокойной совестью отбросил в сторону ненужный «трофей» и обратился к придворным с неожиданным вопросом:

— Кто управлял Амвейном на самом деле?

Желающих ответить на него честно почему-то не нашлось. Пришлось объяснять свою позицию значительно подробнее:

— Я прибыл на Фамм с миром, а не за землей или властью, жизнь Бевата Ним Толора забрал только из-за того, что он имел глупость меня оскорбить, соответственно, вот-вот продолжу свое путешествие и не хочу, чтобы из-за меня эта благословенная земля утонула влишней крови! Дальше объяснять?

Последнее предложение, намеренно произнесенное с легкой угрозой, помогло прозреть сразу двум аристократам, и они, решив рискнуть, вежливо попросили разрешения подняться на ноги.

Я, естественно, не возражал. Более того, после того, как они признали, что «помогали» покойному принимать решения, удовлетворенно кивнул и взглядом показал им на трон. А сам неторопливо спустился с возвышения в зал, прошел мимо «своего» кресла, повелительным жестом подозвал к себе Бестию с Хельгой, «сдул» обестеныпраха мощнойвоздушной стеной и, не замедляя шага, пошел к выходу. А в нескольких шагах от порога услышал сзади не очень уверенное восклицание:

— Рьё Рат’и’Бор Ел’и’Сеев-Баг’ря’Ный, насколько я знаю, вы прибыли на Фамм за знаниями, верно?

Я неспешно остановился, развернулся на месте, поймал взгляд мужика, успевшего не только окончательно прийти в себя, но и оценить появившиеся перспективы, покосился на второго «храбреца», галантно поднимавшего с пола новоявленную вдовушку, и утвердительно кивнул:

— Да, так и есть.

— Опишите, пожалуйста, что именно вас интересует, и мы приложим все силы, чтобы изменить ваше мнение о Анвейне и его гражданах в лучшую сторону…

…Мое мнение о Анвейне и его гражданах меняли почти всю вторую половину дня, причем добросовестнее некуда. И пусть в конечном итоге я забил в память комма схемы всего двадцать семи реально нужных или чем-то интересных плетений, это было лучше, чем ничего. Так что к «Мамонту» мы спустились в более-менее нормальном настроении, забрались на броню, сели на «подушки» и, на прощание кивнув без пяти минут регентам малолетнего ан’рье, ушли в «сияние». Да, прямо от парадной лестницы дворца, так как тратить время на езду по Толлуму не было никакого желания.