Как и следовало ожидать, рьё заинтересовался моими манипуляциями и вежливо спросил, чем я занимаюсь. Ответ на вопрос, который не мог не прозвучать, я подготовил по дороге, поэтому сказал правду:

— Мне нравится красота во всякий проявлений. Этот зверь из резьба как живой. Хочу сохранить на память.

— И-и-и как именно?

Я сделал еще один снимок, затем развернулся к нему, ткнул в нужные сенсоры и показал картинку, к сожалению, способную разворачиваться в строго определенном положении относительно «базы» и в единственном размере. Но аборигенам за глаза хватило и этого — они прикипели взглядами к голограмме и ахнули. А после того, как я пару раз сменил голограмму и, тем самым, дал понять, что сохраненных изображений может быть много, вообще потеряли дар речи.

Я догадывался, какие чувства их обуревают, но, получив предельно четкие инструкции от Степановны, не торопился «подсекать» — дал местным как следует насадиться на крючок, свернул картинку, сжал игрушку в кулаке и спокойно вошел в лавку, торгующую холодным оружием.

Несмотря на желание до смерти замучить меня вопросами, читавшееся во взглядах и выражений лиц, «аборигены» позволили мне вежливо кивнуть изрядно побледневшему торговцу, пройтись мимо стен, увешанных хладным железом, и повелительно кивнуть Хельге, взятой с собой далеко не просто так. Зато стоило ей снять со стены кинжал с самыми роскошными ножнами, обнажить клинок и, сжав его пальцами, активироватьчувство металла , как рьё Шамор дал волю любопытству:

— Как я понимаю, вы хотите понять, насколько качественный металл выплавляется в Арле и насколько мощные плетения наши артефакторы накладывают на сталь, верно?

Я утвердительно кивнул, выслушал еще несколько вопросов, а затем ответил на все сразу:

— В роду Елисеевых-Багряных очень сильный артефакторы. Но новый знаний можно найти везде. Если хотеть, искать и уметь видеть. Я и хотеть, и уметь видеть, и любить любопытство, поэтому искать не вещь, а знаний. Как вам лучше объяснить, чтобы понятно? Вот сравнить мой боевой нож и этот…

«Обычный» клинок, извлеченный из ножен на поясе, естественно, тоже впечатлил советника как красотой и непривычным стилем, так и качеством обработки. Но желание обладать «бусами» уже проросло в душу, так что рьё «понял, что я имел в виду», и со спокойной совестью переключился на куда более животрепещущую тему:

— Да, вы, безусловно, правы: самое важное в этой жизни — новые знания и новые идеи. Я, кстати, так же любопытен, как и вы. Поэтому уже изучил большую часть того, чему можно удивиться на Фамме, и теперь сгораю от любопытства, так как первый раз в жизни увидел амулет, создающий столь совершенные иллюзии! Если не секрет, то до какого уровня должно быть поднято сродство с этой школой магии для того, чтобы его использовать?