Когда она стала его обыскивать, обнаружила, что у этого человека под рубаху надета хорошая, крепкая кольчуга. Так что если бы она попробовала пырнуть его в спину или живот — результат был бы примерно тем же, что и сейчас.

Как ни странно, судьба ее вроде как вознаградила за этот опасный бой — у мертвеца на поясе нашелся кошель, в котором лежали аж двенадцать полновесных старинных вондов! С теми деньгами, что ей передал Келлан, и с этими золотыми по меркам простолюдинов Герда была теперь вполне себе обеспечена, или можно даже сказать — богата. Она могла не работать и сытно жить самое меньше лет десять, практически особо себе не отказывая ни в еде и питье, ни в приличных платьях и другом не очень дорогом барахле.

Только вот не хотелось ей просто так валяться на кровати и смотреть в потолок. Тем более, когда ее Наставник и единственный друг…а может и единственная любовь? — страдает в застенках Тайной службы. Герда не верила, что он мертв. По крайней мере, она будет считать его живым, пока не убедится, что Келлан на самом деле умер. Публичной казни не было, а то, что ходили слухи будто ворка убили пытками — так это все досужие домыслы. Пытками не убивают, пытками добиваются признания и добывают информацию. Так что вполне вероятно, что Келлан все-таки жив. А раз он жив — Герда сможет его разыскать и ему помочь. Если его, искалеченного, выбросили на улицу — она найдет его, и станет о нем заботиться, так же, как он заботился о ней. И сделает все, чтобы его вылечить.

Если его продали в рабство — она его выкупит, или освободит любым доступным способом.

Если он в порядке, и возможно нашел себе другую женщину, живет, и горя не ведает — Герда за него только порадуется, и отойдет в сторону, чтобы не мешать ему жить. Наверное…

В любом случае — вначале надо его найти. И Герда уверена, что все равно в конце концов найдет.

А кроме того, у нее еще остались долги, которые обязательно надо отдать. Три наемника, которые живут, и не знают, что уже мертвы. А еще…соседи бабушки и дедушки, которые оставили ее, Герду, без единой медной монетки, разворовав после смерти стариков все, что нажили папины родители. Но это уже потом, после наемников. В свободное так сказать время.

В общем — скучать ей было некогда. Днем она отдыхала, отсыпалась, выполняла упражнения, которым ее научил Келлан — с ножом, без ножа, с арбалетами, из которых она уже не промахивалась — так, как и ее учитель. Ночью выходила на «работу» — не каждую ночь, но раз в два-три дня точно.

Одно ей не давало покоя — мысль о том, что она застыла на прежнем уровне в боевых искусствах потому, что у нее нет напарника, с которым можно как следует тренироваться. С Келланом Герда быстро росла в умениях, а сейчас могла проводить только «бой с тенью», как его называл Наставник. Но она чувствовала — этого недостаточно.